Мы чуть не закричали или все же закричали? От страха я не мог сказать точно. Хотя если мы бы все-таки поддались страху и открыли свои рты, пацаны бы нам этого до смерти не забыли.
- Т-там... - кое-как выговорил я, указывая на серую дверь.
- Что там?
- Там кто-то есть... там кто-то есть, – запинаясь, стал повторять Вася, неотрывно глядя на дверь.
- Серьезно? – наигранно удивился Денис, а Мишка лишь фыркнул. – Есть кто-то? А если я открою, и там ничего нет, то - балабол?
- Там правда что-то есть... - поддержал я друга. – Мы видели.
Денис перекинул мешок через другое плечо и скривился:
- Если там ничего нет, то я вас распинываю, идет?
Не удосужившись дождаться ответа, он подошел к двери и потянул ее на себя. Мы с Васей закричали одновременно, пытаясь его остановить. Он даже шага не замедлил. Улыбка исчезла с лица Мишки, когда он увидел наши белые как мел, насмерть перепуганные лица. Он даже открыл рот, чтобы остановить Дениса, но не успел. Дверь со скрипом отворилась, и что-то двинулось на Дениса с немыслимой скоростью. Он закричал, кинулся назад, но было уже поздно, стоящая за дверью лопата с силой приложилась ему об голову.
- Еб вашу мать! – закричал Денис, бегая кругами и держась за ушибленное место.
Мишка заливался смехом, хлопая себя по коленкам. И только нам с Васей было не до смеха. Мы подошли ближе и увидели, что это маленькая комнатка всего лишь кладовая, где держали разную утварь и садовый инвентарь. Скорее всего, лопата просто завалилась на дверь и подтолкнула ее, а движение, которое мы видели, было лишь движение лопаты под действием силы тяжести. Хотя я готов на что угодно спорить, что отчетливо видел человеческий силуэт, и, кажется, я не уверен точно, но мне кажется, я видел серое как глина лицо.
- Ах, вы жопоноги, мать вашу, – причитал Денис, потирая ушибленное место. – Подставляйте свои жопы, я вам щас чирка всажу.
- Они тебя ушатали, – остановил его Мишка, положив руку на плечо. – Успокойся и прими поражение. Нехрен быть таким доверчивым.
Денис злобно на нас посмотрел и поднял свой мешок.
- Ну, ничего я еще с вами рассчитаюсь, – бубнил он.
- Ладно, пошил отсюда, – махнул нам Мишка. – Домой пора.
Мы с Васей переглянулись и пошли следом. Оставаться тут дольше нам совсем не хотелось. Мы вышли из коридора и присоединились к остальным ребятам в зале с фотографиями.
- Жуткие снимки, – кивнул в их сторону Миша. – Наверное, выцвели со временем.
- Словно чья-то коллекция. – Меня передернуло, и тело покрылось мурашками.
- Что? – переспросил Мишка, испуганно взглянув на меня.
- Как в ужастиках. Маньяк коллекционирует фотографии своих жертв... ну знаешь, на память. А вечерами сидит перед камином и рассматривает их одну за другой.
- Тут нет камина...
- Наверное, я просто труханул слегка.
Я виновато улыбнулся, а Мишка медленно покачал головой, не отводя взгляда от снимков. И тут дом наполнился голосами, жуткими, словно идущими из могилы. Они то говорили громче, то затихали, словно чем-то приглушенные или кто-то делал телевизор тише.
- чтО ПриНАдлежит... ВЕЕчноОость... не может СУЩЕстовать... ЗААстыЛи... всюду тУУмААн... в дрУГОМ... лиИишшьь гОолосаа... они двиИижУться... эТОМУ Миру...
- Твою мать... что это? – закричал Денис, снова роняя мешок.
- Мы же говорили... говорили... - закричал в ответ Вася.
- Валим! – скомандовал Мишка, и мы рванули к двери.
Я как всегда бежал следом за остальными и, споткнувшись по пути о мешок Дениса, чуть не завалился на пол, но как-то смог устоять на ногах и подоспел, когда они уже были у двери. Голоса не затихали. Они продолжали молоть бессвязную чушь, не затыкаясь ни на минуту.
- Чего встали? – закричал я. – Открывайте дверь.
- Сам попробуй, умник! – крикнул в ответ Мишка и отошел в сторону.
Там где еще десять минут назад была дверь, теперь осталась лишь сплошная покрытая плесенью стена. Денис бил по ней кулаком, но звук был такой, словно она толщиной не меньше двух метров.
- Что же за черт? – шептал он, перебирая пальцами по грязным доскам, собирая с них плесень и оставляя жирные разводы.
- На кухню. Окно, – только и сказал Мишка и кинулся первым.
Когда мы подоспели, он замахивался стулом. Раскрутившись, он кинул стул в окно. Тот отскочил от стекла и разлетелся в щепки. Тогда Мишка схватил сковородку и ударил ей словно бейсбольной битой. Стекло зазвенело, сковорода завибрировала и вырвалась из рук мальчишки.
Голоса все нарастали, словно приближаясь к какому-то апогею: