VI.
Только выходишь на улицу из морга, где было прощание — и сразу же видишь автобус. Ритуальный замызганный ПАЗик, всегда один и тот же, сколько бы лет не прошло, что бы вокруг не менялось. В голову лезут дурацкие мысли, что-то про американские фильмы, где все родственники, обязательно в темных очках, выходят из черных траурных лимузинов. И молча лезешь в автобус. Елки, венки, паузы, демонстративно неловкие взгляды, платки, почти шепотом сказанные над гробом слова — выдающийся, уникальный, незабываемый, — которые чем фальшивее, чем неестественнее, тем почему-то осмысленнее и нужнее. На прощании, по дороге из морга на кладбище, возле могилы и даже на поминках нет ни интеллигенции, ни народа. Нет ни ужаса, ни иронии по отношению к правилу, норме, тому, чему быть надлежит. Нет даже мыслей таких, что все могло бы выглядеть как-то иначе. Нет, не могло, и не нужно. Притихший, сконфуженный, уже никому не завидующий, — я один раз делаю все так, как все, и со всеми. Я тоже народ. Ибо смерти мы вместе боимся.
Анатолий Иванович
Что рассказал поэт Осенев
I.
В Москву из Смоленска он приехал подающим надежды поэтом, в активе которого были публикации в газетах на родине и доброжелательный отзыв Александра Твардовского. Твардовский, между прочим, и отсоветовал поступать на геолога — Лукьянову казалось, что настоящему поэту нужна именно такая суровая мужская работа, сопряженная с трудностями и романтикой, но Александр Трифонович сказал, что романтика романтикой, но для поэта важнее «быть на такой должности, где будут сталкиваться интересы разных людей». Золотой медалист Лукьянов совета послушался и отнес документы на юрфак МГУ. Поступил.
Когда через тридцать с лишним лет первый Съезд народных депутатов избрал Михаила Горбачева председателем Верховного Совета СССР, а Анатолия Лукьянова — первым его заместителем, Рой Медведев нашел в архиве МГУ университетскую многотиражку с отчетом о комсомольском собрании, на котором комсоргом курса на юрфаке избрали Лукьянова, а его замом — Горбачева. Отсканированную газетную вырезку перепечатали «Московские новости», потом еще был сюжет в передаче «Взгляд», — так до сих пор все и думают, что Лукьянов и Горбачев были соратниками еще с университетских времен.
— Да чепуха это все, — возмущается Анатолий Лукьянов. — Горбачев действительно был замом Лукьянова, но другого — Андрея. Это не я. Андрей Лукьянов потом, кстати, погиб, утонул, когда купался в речке. Он был комсоргом курса, а я — заместителем секретаря комитета комсомола всего университета, это совершенно другой уровень. Горбачева я по университету помню, конечно, — ходил такой комбайнер с орденом, — и Раису помню, но мы с ними совсем не общались, не были знакомы потому что. Познакомились только в 1978 году, когда я работал в Верховном Совете, а Горбачев стал председателем комиссии по молодежи в Совете Союза. А раньше — нет, даже не разговаривали никогда.
Интересно, почему в 1989 году Анатолий Лукьянов не выступал с такими опровержениями?
II.
Политическая карьера Анатолия Лукьянова действительно началась задолго до прихода во власть Горбачева — практически сразу после университета его, специалиста по сравнительному праву, назначили юристом в советское посольство в Будапешт — послом тогда был Юрий Андропов, по венгерской столице ездили советские танки, а сменившее либералов Имре Надя революционное правительство Яноша Кадара нуждалось в квалифицированных юридических консультациях — требовалось срочно привести венгерские законы в соответствие с принятыми в социалистических странах нормами. «Я выдвиженец Андропова», — говорит о себе Лукьянов, и этим он похож на всех кремлевских либералов брежневских времен — Александра Бовина, Федора Бурлацкого, Георгия Арбатова. Разница, однако, все-таки есть. В ту команду Лукьянов не входил.
— Андропов, когда ему в аппарат однажды хотели вернуть Бовина, сказал мне: «Нет, этих не надо никого, знаю я их».
Разговор, о котором вспоминает Лукьянов, состоялся уже в 1983 году, когда бывший руководитель КГБ работал генеральным секретарем ЦК КПСС и одновременно возглавлял Президиум Верховного Совета СССР. Секретариатом Верховного Совета руководил Лукьянов — на этой должности еще в 1965 году он сменил перешедшего на работу в ЦК КПСС Константина Черненко. После прихода к власти Михаила Горбачева Лукьянов ненадолго перейдет на Старую площадь (вначале — заведовать общим отделом, потом — на должность секретаря ЦК КПСС) — как говорит он сам, «на начальном этапе перестройки Горбачеву был очень нужен квалифицированный юрист». В 1988 году, возглавив Президиум Верховного Совета вместо отправленного на пенсию Андрея Громыко, Горбачев снова заберет Лукьянова с собой — реформировать систему Советов, готовиться к первому Съезду народных депутатов.