Маэр кивнул и провел рукой по глазам.
— Да. Разумеется. Позаботьтесь об этом, Стейпс. Я, пожалуй, лучше пойду отдохну. Это дело может занять немало времени.
Я собрался было уйти. Но маэр жестом велел мне сесть.
— Погодите немного, Квоут. Заварите мне чаю, прежде чем вы уйдете.
Стейпс колокольчиком вызвал слуг. Прибирая со стола, они с любопытством поглядывали на меня. Мало того что я сижу в присутствии маэра, я еще и ужинал вместе с ним, в его личных покоях! Не пройдет и десяти минут, как эта новость разлетится по всему дворцу.
Когда слуги удалились, я заварил маэру еще чайник чаю. Я уже собирался уйти, когда он заговорил, не отрываясь от чашки, так тихо, чтобы стражник ничего не слышал:
— Квоут, вы доказали свою безупречную преданность, и я сожалею о сомнениях, которые некоторое время питал относительно вас.
Он отхлебнул чаю, проглотил его и продолжал:
— К несчастью, я не могу допустить, чтобы по дворцу разнеслись слухи о том, что меня отравили. Особенно вкупе с тем, что отравитель бежал.
Он бросил на меня многозначительный взгляд.
— Это помешало бы тому делу, которое мы с вами обсуждали прежде.
Я кивнул. Если всем станет известно, что его едва не погубил собственный арканист, это вряд ли поможет Алверону добиться руки женщины, на которой он надеялся жениться.
Он продолжал:
— К несчастью, эта нужда в сохранении тайны также не позволяет мне дать вам награду, которой вы более чем заслуживаете. В других обстоятельствах я бы, разумеется, счел, что пожаловать вам земли будет всего лишь скромным знаком признательности. Я даровал бы вам и титул. Моя семья по-прежнему имеет право наделять людей титулами независимо от короля.
Голова у меня пошла кругом, когда я осознал, о чем ведет речь маэр, а он тем временем продолжал:
— Однако, если я собираюсь это сделать, потребуются какие-то объяснения. А объяснений я предоставить не могу.
Алверон протянул руку. Я не сразу понял, что он хочет, чтобы я ее пожал. Нечасто, знаете ли, доводится пожимать руку таким людям, как маэр Алверон. Я немедленно пожалел, что единственный, кто это видел, был стражник, и понадеялся, что он достаточно болтлив.
Я торжественно пожал Алверону руку, и он продолжал:
— Я многим вам обязан. Если вам когда-нибудь что-то понадобится, вы можете рассчитывать на любую помощь, какую только может оказать благодарный владыка.
Я вежливо кивнул, стараясь сохранять невозмутимый вид, невзирая на владевшее мною возбуждение. Это было именно то, на что я надеялся! С помощью маэра я смогу наконец начать последовательные поиски амир. Он поможет мне получить доступ к церковным архивам, частным библиотекам, местам, где важные документы не были подчищены и прорежены, как в Университете.
Но я понимал, что сейчас не самое подходящее время для просьб. Алверон обещал мне свою помощь. Нужно просто выждать время и заодно определить, какая помощь мне нужнее всего.
Когда я вышел из покоев маэра, Стейпс изрядно меня удивил тем, что без слов внезапно заключил меня в объятия. Благодарность на его лице не могла бы быть более искренней, если бы я спас его семью из горящего дома.
— Ах, сударь, вы, должно быть, даже не осознаете, как я вам обязан! Если вам вдруг что понадобится, вы только дайте мне знать.
Он стиснул мою руку и энергично ее потряс. Одновременно с этим я почувствовал, как он вложил что-то мне в ладонь.
Очутившись в коридоре, я раскрыл руку и увидел изящное серебряное колечко с выгравированным на нем именем Стейпса. И рядом с ним — второе кольцо, но не из металла. Оно было гладким и белым, и на нем тоже было корявыми буквами нацарапано имя дворецкого. Я понятия не имел, что может означать такое кольцо.
Я вернулся в свои комнаты, не помня себя от внезапно привалившего счастья.
ГЛАВА 65
БЛЕСТЯЩАЯ ИГРА
На следующий день мои скудные пожитки перекочевали в апартаменты, которые маэр счел более подходящими для своего фаворита. Там было пять комнат, и три из них выходили окнами в сад.
Это было весьма любезно с его стороны, но я невольно подумал о том, что эти комнаты еще дальше от кухни, чем мое прежнее жилье, и что к тому времени, как до меня донесут еду, она сделается холодной как камень…
Не успел я провести там и часа, как прибежал посыльный с серебряным кольцом Бредона и карточкой, на которой было написано: «В ваших новых великолепных апартаментах. Когда?»
Я перевернул карточку, написал: «Когда вам будет угодно!», — и отослал мальчишку обратно.
Серебряное кольцо я положил на подносик в своей гостиной. В вазочке рядом с подносиком теперь среди железных колец красовалось целых два серебряных.