- По крайней мере, среди нас есть морской офицер. - Они встретились взглядами. - Я полагаю вам известно все, что необходимо знать для выживания в обстановке подобного типа? - Глубоко вздохнув, Уоллес согласительно кивнул. - Вот и замечательно. А мы, естественно по мере сил, будем выполнять текущие распоряжения, чем станем помогать отправлять ваши надлежащие обязанности.
- Ну, уж дудки, господин Аливарес! - Эскот отрицательно покачал пальцем у себя перед носом. - Вы что желаете произвести нас в матросы?
- А как же! Для достижения благой цели мы просто обязаны идти на компромисс со своей моралью и достоинствами.
Режиссер брезгливо скривился. - Но такой декаданс это чересчур. И потом, я с детства не переношу высоты, я даже под страхом смерти не взберусь на мачту.
- Ну-у, голубчик, вам этого делать и не обязательно. - Граф похлопал его по плечу. - Мы вам и внизу работу сыщем. Да вон, хоть палубу драить. - Эскот скривился пуще прежнего.
- Забавно, что мы можем сделать, если уже третьи сутки торчим на месте?
- К сожалению, баронесса, мы не стоим. - Тилобиа водрузил на переносицу отполированное до блеска пенсне.
- То есть как? - Округлила свои небесно-голубые глазки Сарра.
- Не удивляйтесь дитя мое, ведь вода в океане не стоит без движения. Тут существует масса течений, как теплых, так и холодных; они могут нести нас в любую сторону.
- Значит, мы плывем? - По-детски хлопала ресницами юная леди.
- Почти так: Мы дрейфуем.
- В связи с чем, вероятно, уже давно сбились с курса. - Изрек граф.
- Вы были бы абсолютно правы, сэр, - теперь говорил Уоллес, - не болтайся мы именно в этих водах. Здесь только одно противопассатное течение, которое непременно доставит шхуну к берегам вышеупомянутого острова. Течение, если верить тем лоциям какие мне довелось изучить перед плаванием, омывает остров с двух сторон. Поэтому, отсутствие ветра лишь удлинит путь, никоим образом не нарушая направления.
Засецкая возобновила нервозную маршировку вокруг мачты. - Но мы не намерены продолжать это нелепое плавание. С нас довольно! И, если вы, - она манерно ткнула в сторону офицера мизинцем, - не приложите все свои, как меня убеждают, отменные усилия, чтобы вернуться обратно... надлежащим, я гарантирую вам огромные, даже грандиозные неприятности. - И немного подумав, добавила: - Надеюсь, среди нас найдутся мужчины способные выполнить корабельную стряпню?
- Извините маман, но мне не дает покоя фраза, сказанная мистером Тилобиа.
- Какая? - Баронесса в интриге уставилась на дочь.
- Если мне не изменяет память, уважаемый доктор, вы имели неосторожность обмолвиться, дескать, мы "к сожалению" не стоим на месте. - Тилобиа коротко кивнул. - Так почему "к сожалению"?
Все без ложного энтузиазма были проникнуты своевременным замечанием.
- Милая Саррита, - вмешался Аливарес голосом, исполненным бескрайней нежности, - не следует придавать большого значения отдельно сказанному слову. Тем паче, все выглядит хоть и трагично, но отнюдь не безнадежно. - В данный момент лицо графа олицетворяло безмятежность. - Где-то, по дороге к вершине своей врожденной впечатлительности вы обронили еще и тот факт, что нас может обнаружить любое другое судно. Мы же не одни, такие фанатики мореплавания.
Друзья мои, - к пущему своему вдохновению граф уже обращался к собранию, - вы поройтесь в извилинах... припомните: второго дня пути "Святой призрак" встретился с большим пароходом. Вы же знаете господа, этим паровым машинам глубоко безразлично - есть ветер, нет ветра: пароходы шуруют по курсу и дымят в трубу. - Тут он задорно расхохотался. - Точь-в-точь как пыхтит своими сигарами наш незадачливый офицер Уоллес!
- Господа! - Все устремили взоры на доктора. - Право же, я не в силах более скрывать. - В лучах восходящего солнца его пенсне хищно блеснуло. - Ибо, утаив правду, моя совесть будет замарана ложью. - Старик тяжело поднялся с рундука. Его трагический облик не давал оснований для оптимистических настроений, от чего развеселившийся, было, Аливарес сиюминутно заткнулся.
- Господа давайте пройдем в кают-компанию, где я ознакомлю вас с известной мне информацией.
- Мы превосходно можем и тут, attentivement* (внимательно)/фр./ вас выслушать.
- Согласен, мистер Кармайн, но дамам будет лучше присесть, взять стакан воды...
Баронесса горестно вздохнула. Подойдя вплотную к Уоллесу, она прорычала ему прямо в лицо:
- Час от часу не легче, мистер главный помощник капитана!
- Старший. - Робко поправил он Засецкую.
Вся грязная посуда была бесцеремонно завернута в скатерть, на которой покоилась, и вынесена на камбуз. Там же супруги Кармайны приготовили ароматный индийский чай, торжественно подав его к столу: где к тому времени уже собрались все участники нашего загадочного предприятия. На столе даже появились галеты и маринованные ананасы, которые Эскот не поленился доставить из грузового трюма.
- Но я, однако, ума не приложу: куда могла подеваться Морлей? - Беззвучно пригубив чай, принялась сокрушаться Засецкая. - Ведь если те негодяи спасались бегством не предупредив остальных гостей, то какой резон им было брать с собой пожилую даму? - Ее наведенные коричневым карандашом брови вдруг сползлись к переносице. - Тем паче, что, перед тем, как отворить дверь своей каюты и осязать призрак покойной Стрейд... или воскресшую Стрейд... уж право не знаю, как именовать мой ночной кошмар, но мне ясно был слышен из коридора голос Морлей. Я ведь именно поэтому и отворила. А вот обвинение в мой адрес по поводу булавки, уже звучало голосом этой молоденькой актрисы: упокой господь ее душу. - Задумчивый взгляд баронессы блуждал по столу, перескакивая с чашки на чашку. - А ежели предположить, что она стала жертвой...
- Вполне резонное предположение.
Засецкая удивленно уставилась на американца. - Ну, зачем же, это лишь плод воспаленной фантазии, не более.
- Смею уведомить, вы сударыня напрасно воспринимаете все так глобально. Ведь вполне возможен такой вариант: Наш театраловед, ночью покинула свою временную каюту, дабы подышать свежим воздухом и, оказалась невольным свидетелем того, что у военных называется дезертирством. К несчастью ее заметили и, преследуя цель обезопасить свои действия - Морлей же могла поднять шум в неподходящий момент - эти предатели ее убили, а тело соответственно за борт. - Кортнер наколол десертной вилочкой дольку ананаса. - А прошедшей ночью вам показалось.
- Мне вообще редко что, кажется. - Баронесса ответила все так же задумчиво, теперь рассматривая ухоженные ногти своей левой руки. - К тому же; какой еще шум мог помешать негодяям драпать с корабля?
- Все элементарно: - Вставил граф. - Так они убили только одного человека, а в противном случае им довелось бы убивать нас всех: увеличение меры греха. А что касается голоса Морлей за дверью.... Если вам "редко что кажется", стоит смириться, вероятно, это возраст. - Завершил он свои мысли подковыркой, после чего состроил глазки смущающейся Сарре.
- Я проигнорирую ваше некорректное поведение. - Баронесса ужалила острослова ядовитым взглядом.
Все еще с первого дня обратили внимание на обоюдную неприязнь Засецкой и Аливареса. Людям были непонятны такие взаимоотношения, ведь они не были знакомы друг с другом, не являлись конкурентами, делить им было нечего. Однако именно граф Аливарес выступал инициатором враждебных отношений, что одновременно интриговало и возбуждало непонимание происходящего.
Тилобиа постучал серебряной ложечкой по блюдцу из китайского фарфора. - Прошу внимания господа! - Он в очередной раз взялся тщательно протирать свой оптический аксессуар. - Я-таки намерен поделиться с присутствующими теми знаниями, которые, по моему разумению, имеют прямое отношение к текущим событиям. - Он сухо прокашлялся. - Пожалуй, начну все по порядку: Я, как рядовой корабельный лекарь, являюсь таким же членом команды. А вся команда не была поставлена в известность о целях этого плавания; так же о пункте прибытия шхуны. И теперь мне становится очевидным - на каком основании. Почему господин Ломонарес сообщил об этом лишь своему первому помощнику? Во-первых: Его молодой заместитель, не имея надлежащего опыта хождения под парусами именно в этом районе Тихого океана, не мог заподозрить неладное. И напротив: Команда исколесившая именуемые воды вдоль и поперек, даже под соблазном довольно щедрого вознаграждения, предложенного за эту морскую прогулку, не нанялась бы на судно следующее заданным курсом.