Высеченный в камне тротуар, петляя меж гранитными глыбами, привел Аливареса и Кармайна к вырубленным, в каменном монолите, ступеням. Этот лестничный марш был весьма крут и внушителен. Высота каждой ступени значительно превышала высоту стандартной, а ее ширина впечатляла своим беспрецедентным размахом.
- Я себе представляю, каково пришлось попотеть тому, кто воплотил это в жизнь.
- Вы правы Генри, тут заложен титанический труд сотни людей.
Драматург вздернул брови. - Граф, вы сейчас таким тоном это все заявили...
Аливарес почувствовал на себе взгляд, исполненный подозрений. - Простое предположение... - он пожал плечами. - Короче дружище, вы отдышались, мы можем начинать восхождение?
Кармайн поднялся на одну ступень. - Все это, однако, странно...
- Что странно? - Аливарес поставил ногу на лежащий рядом обломок скалы, и уперся рукой в колено. Он собрался еще что-то спросить, но тут его внимание привлекло нечто блестящее, что лежало за этим обломком - он потянулся за предметом.
- А странно граф то... - Кармайн оглянулся. - Луиджи, что вы там нашли? - И уже в следующую секунду его ноги подкосились, а в глазах потемнело.
Аливарес держал в руке рубиновое ожерелье с изящным золотым кулоном. Это украшение Генри подарил своей супруге год назад, на десятую годовщину их венчания.
- Это же! Боже, это же! - Драматург хрипел и задыхался.
- Я, кажется, где-то видел эту вещицу... - Граф вертел в ладонях рубины и сосредоточенно пытался вспомнить, осязая ближайшее прошлое.
К его спутнику, в конце концов, вернулось самообладание, и тот в мгновение ока очутился перед Аливаресом.
- Это il est impossible! * (невозможно) /фр. / Неужели здесь была Алиса? Это невероятно! - Казалось, что невидимые человеческому зрению мурашки теперь материализовались и заскользили по мужскому лицу небритыми пупырышками. - Она спаслась, я это чувствовал. Чувствовал! - от нахлынувших чувств Кармайн с неистовством обнял Аливареса, затем энергично его отстранил, вырвал из рук графа ожерелье и бросился с упоением целовать драгоценные камни. - Неужто Алиса там, в замке?
- Возможно... - Аливарес пожал плечами с видом хмурой задумчивости.
Кармайна вдруг перекосило. - Но граф, каким же образом она туда попала?
Аливарес состроил мину наивности. - По этой лестнице - естественно.
- Сама или нет!? - Мотнул головой Кармайн, как бы отгоняя наваждение. - Может, ее туда затащили силой?
Граф обнадеживающе потряс того за плечо. - Ну, совершенно очевидно, что сама. Вы подумайте: Сцапай вашу Алису местные ублюдки, они доставили бы пленницу туда, где недавно были вы...
Смахивая навернувшуюся слезу, Генри улыбнулся.
- Тихо! - Граф насторожился.
Оттуда, откуда они пришли, доносился неясный еле слышный шум. Сразу ничего разобрать было нельзя, но уже спустя минуту звук сделался отчетливее.
- По-моему кто-то идет...
- Я с вами немного не согласен, Генри. Кто-то не идет, а бежит; к тому же их несколько.
- Дикари? - Испугался Кармайн.
- Не исключено... Однако попасть сюда, если вы заметили, можно лишь по этой тропинке, в самом начале которой остались наши: они бы предупредили.
- Может, покуда укрыться? - Уже дрожал всем телом Кармайн.
Граф сумятливо озирался по сторонам, в поисках подходящего убежища, вот только осуществить сей маневр, джентльменам не судилось - в следующий миг из-за ближайшей каменной глыбы быстрой походкой вышел Кортнер: За ним спешили остальные участники опасного путешествия. Их обезображенные страхом лица твердили о том, что стряслась очередная неприятность.
- О, Господи, наконец-то мы вас настигли. - В паническом состоянии американец тяжело, со свистом дышал, непрерывно тиская пятерней левую сторону груди. - Мы сейчас наблюдали, как по побережью бежали несколько солдат вождя. Похоже, они направляются сюда.
К писателю присоединился Тилобиа. - Как ни скверно звучит такая новость, но дикари могут нагрянуть в любой момент.
Последнюю минуту Кармайн истеричными движениями пытался запихнуть рубиновое ожерелье в кармашек своей парчовой жилетки, но теперь подшагнул к графу.
-Давайте немедленно поспешим наверх... Чего мы тянем, там же Алиса?
Гнетомые переживаниями, по поводу приближения людоедов, беглецы совершенно не придали значения той новости, что нечаянно отыскался след миссис Кармайн: похоже, люди вообще не расслышали слов Генри. Аливарес с проворством кошки взобрался на десяток ступеней выше, и принялся пристально всматриваться в сторону океана. Остальные топтались на месте; браня судьбу, чертыхаясь, и проклиная все на свете.
- Ого! - Наконец послышался голос графа. - И это, по-вашему, несколько? Да их не меньше пары дюжин. Господа немедленно поднимайтесь сюда - наш путь к отступлению отрезан! - Он суматошно размахивал руками, призывая всех последовать его примеру. - Дикари уже вышли на скалистый тротуар.
Всеобщая паника не помешала тем, кто оставался внизу, презрев усталость, не колеблясь пуститься на штурм лестницы. В любом другом случае передвижение по столь неудобному маршруту вызвало бы массу неудовольствий и нареканий, в связи с тяжестью восхождения. Однако в сложившейся ситуации, преобладающий над остальными эмоциями страх, заставил людей преодолеть нестандартный лестничный марш с такой скоростью, что им бы позавидовали самые прыткие архары. Беглецы даже не успели сообразить, каким образом оказались за огромными деревянными воротами каменного ограждения. Аливарес и Тилобиа без каких либо совещаний и прений наглухо заперли за собой массивные створки большим брусом, который без всяких сомнений служил своеобразным засовом, и стоял рядом, прислоненный к каменной стене забора. Шум от вдыхания и выдыхания воздуха, казалось, был способен заглушить идущий в гору автокеб, а движения человеческих грудных клеток напоминали поршневую систему паровой машины, в критическом режиме функциклирования. Неизвестно почему, но всеобщая паника теперь сменилась коллективной минутой затишья и выжидательного рефлекса. Все будто вросли в гранит, прижав вспотевшие спины к камню забора, и тупо вслушиваясь в окружающее пространство. Каждый ждал, что, вот сейчас вооруженные, хоть и примитивным, но все же смертоносным оружием, дикари начнут штурмовать крепость, и им придет конец. НО! К великому изумлению, и не премину отметить, к изумлению счастливому, этого не свершилось ни сейчас, ни через некоторый отрезок времени. Хотя, гневная тарабарщина преследователей волнообразными раскатами сотрясала всю близлежащую округу: откуда-то снизу.
Первым опомнился режиссер Эскот. - Чего же мы мешкаем!? - Он взмахнул над головой лопаткой Уоллеса, как полководец перед началом битвы. - Немедленно в дом, нужно забаррикадироваться! - мужчина устремился к монументальным входным дверям.
- Резонно... - заметил граф. - Эта таинственная обитель может нас спасти.
Видя, как Эскот беспрепятственно распахнул тяжелую дубовую дверь и скрылся внутри, дамы немедленно последовали за ним. Наблюдая нерешительность Кармайна и Кортнера, Тилобиа взвизгнул:
- Черт возьми, господа, вам нужно особое приглашение!? - Те, наконец, отлипли от забора и направились за баронессой с дочерью.
Граф, тем временем, никуда не торопился: Он окликнул Тилобиа уже на полпути к замку.
- Док! не будете ли вы так любезны вернуться? - Тилобиа удивленно оглянулся. - Мне требуются ваши недюжинные достижения в области физической силы.
Лекарь неуверенно вернулся. - Я вас не понимаю...
Аливарес махнул рукой замешкавшемуся американцу. - Мистер Кармайн не останавливайтесь. Ступайте внутрь; мы скоро будем. - Теперь его взгляд пал на доктора. - Задача состоит в том, чтобы помочь мне вскарабкаться на забор - я намерен проследить за действиями дикарей. Мне любопытно, куда они там подевались?
Внутренний интерьер замка был способен повергнуть в изумление любого, даже самого избалованного роскошью человека. Вбежав во входную дверь люди очутились в необъятном холле, который занимал большую часть всего первого этажа. Коктейль из красных, черных и белых тонов подчеркивал изысканность вкуса неведомого хозяина. Причем, сочетание красного и черного вторило о его таинственности и экстравагантности.