Увы, правда в том, что все эти маленькие победы ничего не значат. Это – плацебо от смертельной болезни, слабое самоутешение в проигранной битве.
И все же Хант молчал. Молчала и Бет.
– Ладно, – проговорил наконец страховщик. Из его голоса исчезло всякое дружелюбие. – Начну сам. Итак, я предлагаю вам страховку жизни. Не буду вдаваться в подробности. Думаю, вы отлично понимаете, что такое страхование жизни.
Он открыл портфель. На этот раз там не было обычного реквизита – красочных рекламных брошюрок и буклетов, только лист плотной бумаги формата А3. Страховщик выложил лист на стол.
Хант не хотел на него смотреть, но все же взглянул – и увидел, что сверху донизу лист испещрен мелким-мелким текстом, едва ли различимым даже через увеличительное стекло.
– В данном случае, – произнес страховщик, – боюсь, я вынужден настаивать на немедленном ответе.
– Нам нужно обсудить…
– Я сказал, отвечайте немедленно! – И он грохнул кулаком по столу.
Хант взглянул на Бет. Та с несчастным видом кив-нула.
«Страхование жизни. Понятно и без долгих объяснений».
– Мы согласны.
– Отлично, отлично! – Страховщик просиял и вновь превратился в профессионального коммивояжера, улыбчивого и услужливого. – Поздравляю, вы приняли правильное решение!
Последовал слишком знакомый – и все более отвратительный – ритуал: страховщик вручил Ханту и Бет ручки, и оба подписали договор.
Страховщик убрал договор в портфель. Они ждали, что теперь он уйдет, но он, приблизившись к окну, задумчиво уставился на руины дома Бреттов.
– Подойдите-ка сюда, мистер Джексон. Скажите, что вы здесь видите?
Хант неохотно подошел и встал рядом.
– Что вы видите?
Хант пожал плечами.
– Сгоревший дом.
– Вы понимаете, что и с вами в любой момент может случиться то же самое? С вами, с вашим домом, со всем вашим миром? Стоит какому-нибудь террористу направить самолет в здание, или… – Страховщик осекся, а затем проговорил тихо, как бы про себя: – Очень жаль, что у них не было страховки.
Уже во второй раз он заговорил о доме Бреттов; Хант чувствовал, что эта мысль не дает страховщику покоя. Быть может, он предлагал Эду Бретту страховку, а тот его послал? Или ему тяжело жить с мыслью, что кто-то вообще, в принципе, может обходиться без страховки?
С сияющей улыбкой страховщик повернулся к Ханту.
– Видите, вам двоим удалось этого избежать! У вас обширная страховка, покрывающая самые разные ситуации, а теперь, с последними вашими приобретениями, вы защищены намного лучше обычных наших клиентов! – Он похлопал Ханта по плечу; тот закусил губу, чтобы не отдернуться в инстинктивном отвращении. – Я горжусь вами, мистер Джексон!
Бет замерла у раковины, скрестив руки на груди, с неестественно застывшим лицом, словно изо всех сил старалась скрыть свои мысли.
– Что ж, – проговорил страховщик, направляясь к выходу, – как говорится, одно дело иметь с вами удовольствие… то есть наоборот, ха-ха!
Хант едва сдержался, чтобы на него не наброситься. Сбить с ног и топтать, пока не затрещат кости. Что-то подсказывало ему, что за внешней оболочкой страховщика костей не окажется, и плоть его под ударами не будет ощущаться как плоть.
Помахав им на прощание, страховщик вышел за дверь. Хант видел в окно, как он ступил на тротуар и свернул направо. Велико было искушение побежать следом, проследить. Хотя бы – пойдет ли дальше пешком, поедет в автомобиле или сядет на автобус. По какой-то странной причине страховщик всегда подходил к их дому на своих двоих, а как он передвигается по городу, оставалось неясным. Еще один секрет – но этот секрет, по крайней мере, можно разгадать.
Надо же с чего-то начать! Почему бы и не с этого?
Судя по всему, о том же думала и Бет.
– За ним! – скомандовала она.
– Уверена?
Она кивнула.
– Есть идея.
Бет была уже одета; Хант торопливо накинул на голое тело джинсовую куртку, сунул ноги в туфли. Оба выбежали на улицу. Страховщик как раз поворачивал за угол в конце квартала, они поспешили следом – так, чтобы держаться на приличном расстоянии, но не терять его из виду.
Машины за углом не было. Ни обычной, ни зловещего черного лимузина с затемненными стеклами – никакой. Страховщик неторопливым прогулочным шагом шел по тротуару.
Не пройдя и двух кварталов, он свернул к одноэтажному дому в деревенском стиле и сел на ступеньки крыльца. Свернул неожиданно – и едва не застал их врасплох; они едва успели пригнуться за кустом олеандра и теперь наблюдали за страховщиком сквозь густую листву.