– А дядя Хант правда… правда?..
– Нет, милая. Мы в это не верим.
– Я тоже не верю ничуточки! – твердо сказала Лилли. И, помолчав, добавила уже другим тоном: – А вот Кейт верит.
III
Теперь, когда Хант…
…попал в тюрьму…
…теперь, без Ханта, дом стал непривычно пустынным.
Позвонила с соболезнованиями Стейси, и Бет немного приободрилась, хотя и ненадолго. Другим своим друзьям и подругам она не звонила – не знала, что сказать. «Привет, мне грустно и страшно, потому что мужа посадили за развращение малолетней?» Никогда в жизни ей не было так одиноко! В отчаянии она позвонила матери в Лас-Вегас, надеясь поплакать у нее на плече, однако в ответ услышала:
– А ты уверена, что в самом деле хорошо его знаешь?
– Я его знаю, как самое себя! Он этого не делал! – отрезала Бет и бросила трубку.
Единственным утешением в этот кошмарный бесконечный день стало для нее то, что Хант невиновен. В этом Бет не сомневалась. Ни на секунду.
И еще – она не сомневалась, что самое прямое отношение к сфабрикованному делу имеет загадочный страховой агент. Как бы дико ни звучало это для постороннего, и Бет, и Хант знают, что страховщик преподает им урок. Они наказаны за то, что отказались купить его страховку. За то, что ему не поверили.
Да, вот их истинное преступление – неверие. За это они теперь и терпят муки.
Почему, почему она тогда не послушала Ханта? Зачем впустила страховщика в дом? Зачем настояла на том, чтобы купить у него страховой полис?
Бет легла на диван и прижала к себе Кортни. Кот замурлыкал, потерся о нее мокрым носом.
Из стыда или из нежелания нагружать родных своими проблемами Хант запретил звонить его родителям. И хотя Бет отчаянно хотелось все им рассказать, услышать, что они уже летят к сыну, что готовы его спасать, быть может, что знают какой-то выход, – она уважала его желание и ничего им не сообщила.
И осталась совсем одна.
Не считая Кортни.
И того, кто живет в гостевой.
За прошедшие две ночи комната для гостей приобрела в глазах Бет какой-то почти мифический статус, стала символом сверхъестественной, паранормальной реальности, окружающей страхового агента и все, что он приносит с собой.
Потому что там призрак.
Рядом с Хантом Бет удавалось об этом не думать; теперь, одна, она помнила об этом днем и ночью. Бо́льшую часть дня проводила на кухне – чем дальше от гостевой, тем лучше. Ложась спать, оставляла свет в ванной, включенный телевизор в спальне и тщательно запирала входную дверь. Сейчас она решилась войти в гостиную лишь потому, что там был Кортни, и то и дело бросала тревожные взгляды в сторону прихожей, жалея, что до заката не догадалась включить там свет.
Зазвонил телефон, и Бет подпрыгнула. «Как подброшенная», – сказал бы ее отец. Схватила трубку, готовая сказать «Алло!», но от звука на другом конце провода слово застряло у нее в горле.
Это был не голос. Вообще не человеческий звук. Тихий свист – так свистит забытый чайник на плите.
Бет уронила телефонную трубку и попятилась.
Ее зовет комната.
Но ведь в гостевой комнате нет телефона!
Свист не умолкал: теперь он звучал с двух сторон сразу – из брошенной телефонной трубки и со стороны прихожей. Бет ярко представилась фигура в зеркале – крупный сутулый мужчина в шляпе. Если набраться храбрости пересечь прихожую и заглянуть в гостевую, она увидит в зеркале, что он, как и в прошлый раз, стоит за ее спиной.
Он – здесь, рядом.
Кому звонить? Что делать?!
Кто-то забарабанил во входную дверь – и на этот раз Бет не просто подпрыгнула, она завизжала от страха.
– Это я! – послышался бодрый голос из-за двери. – Ваш страховой агент! Можно мне войти и кое-что с вами обсудить?
«Велика ли киска у вашей жены?»
После рассказа Ханта ее страх усилился десятикратно.
– Нет! Уходите!
– Сейчас самое удачное время, чтобы обсудить ваши страховые потребности.
«Удачное время»?!
Бет молчала, отчаянно надеясь, что он уйдет. Ее сотрясала дрожь. Страховой агент пугал ее не меньше странных звуков и призрака в гостевой комнате. Если это он подставил Ханта, на что еще он способен? И что сделает дальше?
– Вы, наверное, желаете приобрести страховку рабочего места, о которой мы с вами говорили.
Да, говорили. Бет помнила. Он обещал: купив этот полис, они будут застрахованы от сокращения, понижения в должности, неоплачиваемых отпусков, а также «увольнения по личным причинам». При этих словах страховщик улыбнулся и как-то особенно значительно посмотрел на нее…
– Так можно мне войти?
Она упрямо молчала.
– Понимаю, вы сейчас заняты. Что ж, вернусь позже, когда ваш муж будет дома. Он скоро вернется, и мы все хорошенько обсудим.