Отсутствие транспорта и газопроводов было очень заметно, зато было полно нищих, которые длинным хвостом тянулись за Китом, выпрашивая милостыню. Бедные кварталы показались ему беднее, чем трущобы лондонского Ист-Энда. И в каждой ветхой лачуге, в каждом убогом домишке его поражала одна деталь: глаз над входной дверью, нарисованный яркой краской.
«Должно быть, люди здесь и впрямь очень боятся волшебников», — решил Кит. Эта новость его не порадовала.
Свернув за угол, он неожиданно стал свидетелем странной сцены.
Какие-то люди, одетые в одинаковую униформу (Кит предположил, что это местные полицейские), остановили бедно одетого крестьянина, который вез на продажу овощи и фрукты. На тележке лежали грудой персики, сливы и маленькие круглые дыни. Люди в униформе стали рыться в куче фруктов и овощей — видимо, что-то искали. Напрасно крестьянин умолял их быть осторожнее, они его не слушали и продолжали обыск. На брусчатой мостовой рядом с тележкой уже лежали три расколотые дыни.
Видимо, полицейские не нашли того, что искали, и доложили об этом старшему офицеру, который все это время стоял, скрестив руки, у стены ближайшего дома. Это был толстый человек, униформа на нем чуть не трещала по швам, а живот жирной складкой нависал над форменным ремнем.
Старый крестьянин обратился к нему с низким поклоном. Видно, просил, чтобы его отпустили. Толстый полицейский скользнул по нему холодным взглядом, потом протянул руку и рванул на старике ворот рубахи.
Послышался треск раздираемой ткани, и Кит увидел, как на шее крестьянина что-то блеснуло — скорее всего, амулет от ревматизма или что-то в этом роде. Но это был предмет, относящийся к магии, а стало быть, запретный. Участь бедного старика была решена. Не обращая внимания на его жалобные крики, полицейские подхватили его под руки и куда-то повели. Следом повели ослика с тележкой, выхватывая на ходу самые красивые и сочные фрукты.
У Кита помутнело в глазах, во рту появился горький привкус, живот скрутило. Он понял: в нем пробудилась магия. Волшебная энергия устремилась к ладоням — пальцы Кита мелко задрожали. Кит не в силах был себя сдерживать. Если мистер Скиннер против — ему же хуже. Но Кит, с его характером, просто не мог стоять в стороне.
Понимая, что многим рискует, он сделал пасс рукой — незаметно, чтобы не привлекать к себе внимание. Этот еле заметный жест вызвал в воздухе вихрь магической энергии — и через секунду тележка опрокинулась, а фрукты и овощи посыпались на мостовую.
Как и следовало ожидать, к дармовой еде тотчас сбежались уличные попрошайки и нищие. Они толкались, отпихивали друг друга локтями, не обращая внимания на полицейских, которые тщетно пытались их отогнать.
Кит снова махнул рукой. И сразу же заметил, что двое полицейских принялись отчаянно чесаться — их примеру последовали остальные. Изрыгая проклятия, они вертелись волчком, терлись спинами о каменные стены и о фонарные столбы. «Видимо, их все-таки здорово разобрало», — отметил про себя довольный Кит. Никому из полицейских и в голову не пришло, что все это действие колдовства. Они с бранью накинулись на попрошаек — видимо, решили, что нищие напустили на них блох. Но нищие не обращали на крики никакого внимания и продолжали пировать. В этой кутерьме и неразберихе старый крестьянин, оставленный на произвол судьбы, сообразил, что нечего зря время терять, и убежал.
Кит проводил его взглядом.
— Мне бы тоже убраться подобру-поздорову, — пробормотал Кит. — А то действие магии кончится, и тогда они могут меня заметить.
Он развернулся и быстро зашагал прочь по узкой тихой улочке. И сразу же почувствовал, что за ним следят. Он остановился — его преследователь тоже остановился. Тогда Кит зашагал быстрее — шедший за ним человек тоже прибавил ходу.
У Кита возникло нехорошее предчувствие — магия у него внутри полыхнула пурпурным огнем. Он бросился бежать, потом резко остановился.
Кто-то позвал его. Голос был женский.
Кит обернулся.
Перед ним стояла бедно одетая женщина. Ноги ее были босы, края платья обтрепались и свисали клочьями. Лицо было бледным от волнения. Она бережно прижимала к груди какой-то сверток. Женщина все ближе и ближе подходила к Киту и о чем-то слезно просила на своем языке, которого Кит не понимал.
Теперь Кит разглядел, что на руках у нее был закутанный в тряпье ребенок. Взглядом волшебника он сразу разглядел жаркое облачко лихорадки, витающее над головой малыша. Ребенок закашлялся — болезнь горячим паром вырвалась из носика и крошечного рта.