Должно, быть, эта женщина видела, как Кит околдовал полицейских, и теперь просит его помочь магией больному ребенку.
Просьба эта была для Кита довольно неожиданной.
— Я постараюсь, — неуверенно произнес он. — Но знаете, я ведь не такой специалист в этих делах, как мой отец.
Женщина с готовностью кивнула, пытаясь понять, что он сказал: ее большие черные глаза следили за каждым его жестом.
— Хорошо, если вы мне доверяете… — сказал Кит, судорожно вспоминая, что делал его отец, чтобы снять лихорадку. — А, да… вот это…
И стал водить руками над головой младенца. Он понимал, что идет на риск: любой случайный прохожий мог заметить его пассы. Но сейчас Кит старался об этом не думать — он размышлял со страхом: а что, если он переборщит с магией и, вместо того чтобы вылечить, еще больше навредит малышу? У него было мало опыта в исцелении людей… Отбросив сомнения, он наконец произнес очищающее заклинание и стал ждать результата.
И заклинание подействовало. Видимый только ему пар над головой ребенка начал сгущаться — из белого он стал фиолетовым, затем черным. После этого чем-то противно запахло, и клубы пара стали наползать на носик и ротик ребенка, так и норовя влезть обратно. Но ничего не вышло — и через несколько минут пар рассеялся в воздухе.
Кит улыбнулся — женщина улыбнулась ему в ответ. А когда ребенок открыл глаза и посмотрел на нее, она засмеялась от счастья.
— Мама! — позвал малыш.
Женщина улыбнулась и крепче прижала ребенка к груди:
— Милош!
Но счастье было недолгим, потому что издалека послышался грозный оклик. Кит посмотрел туда и увидел толстого капитана полиции в тесной униформе — тот, пристально глядя на Кита, поднес к губам свисток и пронзительно засвистел.
Женщина схватила Кита за руку, и они побежали сначала по улице, потом — по переулку, потом — по проходному двору в другой двор, мимо хижин, сараев, заборов, ящиков…
Свист позади не смолкал — полицейский преследовал их по пятам. Каждый раз, когда он приближался, женщина только сильнее сжимала руку Кита, и они бросались то вправо, то влево, из одного тесного переулка в другой.
В конце концов женщина забежала в какую-то ветхую лачугу и втянула Кита за собой. Закрыла дверь. Они оказались в чисто прибранной комнате. Комната была почти пуста: из мебели там были только два жестких стула и шаткий столик. У одной стены был очаг, у другой — соломенный тюфяк, прикрытый линялым покрывалом. Пол в комнате был земляной. Когда дверь открылась, большая добрая собака, сидевшая у очага, поднялась им навстречу и вильнула хвостом. Женщина торопливо сказала что-то собаке и махнула рукой куда-то в конец улицы. Собака зарычала и вышла за порог. Женщина закрыла за ней дверь и прижала палец к губам, словно умоляя Кита не говорить ни слова.
Вскоре к домику подошли полицейские. Их было несколько — слышно было, как они переговариваются. Но встреча с собакой нарушила их планы. Собака оскалила зубы и грозно зарычала. Кит видел в щелку, как собака впилась в ногу жирного полицейского — тот завертелся волчком, запрыгал на одной ноге, изрыгая проклятия. Пот градом катился по его лицу, из карманов посыпались наворованные фрукты.
Киту его нисколечко не было жалко.
— Так ему и надо. Не будет вредничать.
Глава седьмая
До захода солнца оставалось еще часа два, и Кит все это время просидел в домике Милоша и его матери. Всякий раз, когда он делал шаг к двери, женщина загораживала ее спиной и начинала махать руками, словно хотела сказать Киту: на улицу выходить опасно, еще не время.
Чтобы не сидеть сложа руки, Кит стал придумывать, что бы такое сделать полезное на свой, чародейский, лад. И придумал. Для начала он волшебством прочистил трубу — и в комнате сразу стало легче дышать. Потом он поколдовал над собакой (та вела себя геройски и заслужила награду). Он заговорил ее от блох. Как же удивилась животина, когда, привычно занеся заднюю лапу, чтобы почесаться, обнаружила, что шерсть ее сама собой стала чистой и пушистой!
Женщина занялась домашним хозяйством: поставила на огонь большой чугунный котел и стала готовить ужин. Вскоре в комнате запахло вкусной кашей.
Кит взял малыша на руки и стал забавлять, пуская по воздуху прозрачные пузыри и цветные искорки. Любой волшебник такие вещи в минуту изобразит. Малыш смотрел на все это великолепие и смеялся беззубым ртом.
Кит спохватился, что делает что-то не то, только когда заметил, что женщина не радуется его выдумке, а, наоборот, смотрит на него тревожно и строго. Она перестала мешать в котле ложкой и замерла в тревожном ожидании. «Ну и что?» — говорил сам себе Кит. Ребенок хоть немного порадовался — значит, не зря он это сделал…