От мук совести ее спасла мама, позвав всех за стол. Ужин и вечер в целом прошли просто идеально – они не столько ели, сколько разговаривали, шутили. Затем, когда все было съедено, они опять разговаривали обо всем, о всяких мелочах. И о том, что происходило с ними, пока они не виделись. Ева рассказывала о своей студенческой жизни, впрочем, благоразумно опуская некоторые ненужные подробности – она решила, что про ее парня родителям знать пока рано. Мелисса и Карл говорили о том, что произошло в ее отсутствие. Затем переключились на воспоминания.
В общем, вечер прошел очень даже душевно. Еве было тепло и спокойно, она уже давно и думать забыла о том странном чувстве тревоги, которое терзало ее во время занятий и после них. Затем все наконец-то утомились и решили разбрестись по своим комнатам – Ева поднялась в свою спальню, родители в свою. И ровно в тот момент, когда за ней захлопнулась дверь ее спальни, ее охватило чувство даже не тревоги, а самого настоящего ужаса. Ева закричала.
- Ева, Ева, дочка, что с тобой?!! – запричитали ее родители, которые отойдя от первого, вполне естественного, шока поняли, что крик идет из спальни их дочери и наперегонки бросившиеся ей на выручку.
Впрочем, Ева уже перестала кричать – сейчас она просто лежала на полу на боку, сжавшись в комочек, согнув ноги и подтянув их к груди, и обхватив руками колени, и лишь жалобно всхлипывала. Карл и Мелисса тормошили, теребили ее, но так и не смогли добиться от нее чего-то внятного.
- Карл, срочно звони в скорую! – вмиг охрипшим голосом сказала Мелисса, видя, что с дочерью что-то происходит, какой-то непонятный припадок.
И в этот момент Ева, глядя прямо перед собой остекленевшими, ничего не видящими глазами, наконец-то заговорила.
- Здесь, здесь… она уже здесь! Она пришла за мной!
- Кто здесь, дочка? Кто?! – переспросила ее мама, а отец даже подскочил к окну, словно надеясь разглядеть там в вечерних сумерках, неведомого обидчика ее дочери. Но, как он не вглядывался в темноту, так и не смог никого разглядеть. Затем он опомнился и побежал звонить в скорую.
Быть может, если бы он посмотрел немного внимательнее, то тогда смог бы разглядеть два лиловых глаза, пристально наблюдающих за его домом с противоположной стороны улицы. Глаза, в которых плескались гнев, боль, отчаяние и надежда одновременно…
Глава 2. Самозванка.
Ева буквально заходилась от злости. Еще бы, ведь когда она приехала домой, ожидая, что сейчас ей кинутся на шею от радости, что она наконец-то нашлась, то тут же и выяснилось, что ее собственно никто особо и не ищет, а ее место заняла какая-то самозванка! Заняла в буквальном смысле – какая-то девушка как две капли воды похожая на нее, сидела на ее любимом месте за обеденным столом вместе с ее родителями и весело о чем-то с ними болтала. Ева прекрасно видела их в окне гостиной – шторы не были опущены, а свет уже включен. Девушку буквально парализовало от удивления – что это вообще такое?! Как такое возможно?! Просто мистика какая-то! Да нет, не мистика, мысленно поправила себя Ева. Магия, вот что это такое! Пока она была в стране фэйри ее подменили! И когда только успели!
Самозванка тем временем закончила ужинать и отправилась в спальню. Ее, Евы, спальню. Место, где прошло все ее детство, а затем и юность, место, которое всегда было ее убежищем и площадкой для игр. Место, где она мечтала и грезила, строила планы, учила уроки, тайком читала любовные романы. И которое принадлежало ей, только ей одной! До сего дня, как оказалось.
Ева почувствовала, как гнев застилает ее разум, а кулаки сжимаются так, что слышится хруст костей. Сейчас, сейчас она ворвется туда и покажет этой мерзавке! И только она сделала было первый шаг, как тут же услышала громкий, отчаянный крик. Причем тут же оказалось, что кричала она сама – девушка узнала свой собственный голос! То есть не сама Ева, а Ева-самозванка. Видимо ее родители тут же примчались на этот истошный вопль, потому что пару минут спустя она увидела в окне своей спальни бледное как мел лицо своего отца. Тот внимательно осмотрел улицу, пару раз его невидящий взгляд остановился и на ней, а затем он вновь исчез в глубине комнаты.
Ева медленно выдохнула, а затем вновь вдохнула воздух, машинально подметив, что она, оказывается, на целую минуту забыла, что ей вообще-то нужно дышать. Гнев ее не то чтобы полностью улетучился, но стал меньше, намного меньше. По крайней мере, она вновь контролировала себя и могла мыслить более-менее рационально, следуя голосу разума, а не эмоций. И разум подсказал ей, что домой ей нельзя – во всяком случае пока. Ведь та тварь, что сейчас находится внутри, вместе с ее ничего не подозревающими родителями, похожа на нее как две капли воды. По крайней мере маму и папу двойник смог обмануть – они общались с ней, как с настоящей Евой. И что будет с Мелиссой и Карлом, если она сейчас ворвется внутрь, и они увидят перед собой две абсолютно одинаковые Евы? Как они поймут, что та просто наглая самозванка, а их настоящая дочь все это время пропадала в волшебной стране и только сейчас смогла вернуться домой?