Эти люди огонь знали и хорошо умели им пользоваться… но – убегая от выдавливающих их к северу племен, они потеряли своих «знающих», одного от старости, другого – унес несчастный случай в лице бурого медведя, которого они потревожили после зимней лежки. Медведь забрал с собой еще двух мужчин, и хотя его в конце концов добили, но раненые охотники к концу дня скончались, и место вождя занял Чака.
Хотя, по правде сказать – какой он вождь, это понятие скорее присуще родо-племенной организации, а со смертью «знающих» эти люди быстро скатились к первобытному стаду, растеряв все достижения цивилизации. Скорее просто – старший самец. Очень быстро забыто ремесло изготовления из камня действительно надежных орудий, этим знанием тоже владел не каждый из стада. Чака был для племени никаким вождем – как охотник из не самых выдающихся, единственное, что он твердо знал и чему следовал – теперь лучший кусок ему, и сколько сможет, столько жрал, остальным – что останется. Добычи доставалось немного. Женщинам удавалось собирать совсем мало съедобных корней, изредка попадались земноводные и ящерицы. Крупных копытных загнать и забить у стада сил уже не хватало.
Погоня за нами была скорей актом отчаяния, чем серьезной агрессии. Чака полагал, что ему удастся испугать малочисленную группу, по виду ничем не вооруженную, завладеть поклажей – а вдруг там и съестное окажется, по крайней мере, выгнать из перспективных охотничьих угодий, где была надежда найти мелкую – по силам племени добычу. О будущем Чака не задумывался, как и его соплеменники. Когда предводитель настигнутой им группы, вместо того, чтобы убежать, издал рев, похожий на крик ужасного хищника с длинными зубами, живущего прайдами в лесостепных зонах к полудню, там, где они с племенем жили раньше, он решил – что для него и его стада все окончено. Зачем оружие тем, кто может призвать на помощь дух могучего убийцы? Практичные дамы удрали, а он приготовился умереть, как положено главе – в бою и с дубиной. Гирька кистеня поставила неожиданную точку в планах на героическую смерть, и отправила молодого вождя туда, откуда он недавно поднялся только благодаря половому признаку – вниз в иерархии, к самым младшим загонщикам.
Я замечаю своим ученикам:
— Что я вам говорил о пользе всеобщего образования? Вот живой пример – погибло ограниченный число носителей знания – и привет, племя вымерло бы в кратчайший срок. Накопление новых знаний – процесс длительный. А если нет механизма сохранения знания, такого, как письменность, к примеру, если знания – удел избранных, то результаты – вон, в пещере сидят и радуются, что удалось набить пузо сегодня, не задумываясь особо о будущем.
Костя и Степан возвращаются через час, примерно, очень довольные – сообщают, что недалеко отсюда, у водопоя, завалили неплохого молодого оленя. Вид назвать затрудняются. В стаде было несколько особей, они выбрали молодого самца, пожалев важенок с телятами и вожака. Вожак гуманизма не оценил и загнал парочку на дерево, пришлось отстреливаться и от него. Результат – две туши. Оленье стадо не стало продолжать меряться силой с представителями Хомо сапиенс, имеющими дурную привычку швыряться убивающими палками, и бодро удрало по своим делам – может быть, выбирать нового вожака, взамен так глупо сложившего рогатую башку старого.
Я доволен. Про себя прикидывал: «На ближайшие недели стаду еды хватит, потом вернемся мы, и что-нибудь для них придумаем, жалко же… потихоньку введем этих людей к улучшению быта, не будем менять сложившихся тысячелетиями обычаев… Не допустим смешивания племени с нашими людьми… Все-таки – скорей всего, другой вид человека, надо дать ему развиваться самобытно…» Аха. Прогрессор новокаменной эпохи, спаситель рода эректусов. Размечтался. Я не учел один фактор – сам первобытный коллеФтиФ. КоллеФтиФ АБСОЛЮТНО не собирался расставаться с такими вот свалившимися ему на голову подателями жизненных благ. Правда, к чести Мадам хочу сказать – если у кого из членов коллеФтиФа и были мысли присесть на шею оным подателям, они были пресечены суровой дамской ручкой. Считая себя, ну, скажем, полноправными членами, нового стада, где они признаны достойными находиться у костра, учуяв запах свежей добычи от Костика и Степки, в буквальном смысле, причем, учуяв, Мада, прихватив с собой еще семерых женщин, двинулась за парнями – я отрядил всех ребят на разделку добычи. Мада прекрасно понимала, что место у костра и доля в добыче просто так не дается. Его надо заработать упорным трудом, на благо семьи. Вот и организовывала соплеменниц сообразно личному соображению о пользе, которое должны приносить соплеменникам.