Герман посчитал излишним излагать проводнику версию произошедшего, основанную на собственном мистическом прозрении.
Состав снова дёрнулся, набрал ход и вскоре вместе с первыми лучами зимнего солнца прибыл в Фергану. Невыспавшаяся компания с шутками и гомоном выкатилась на перрон. Город встретил героев морозцем, вокзальной разноголосицей и барабанным вступлением всё той же группы «Бони-М», которая, казалось, прибыла на гастроли в Фергану на том же, что и чекисты, поезде.
— Пошли к коменданту, — скомандовал Сашка, и группа оперов, выдыхая морозный пар, скрылась за вокзальными дверями.
В Фергане
Комендант, средних лет подполковник в небрежно наброшенной на плечи шинели с голубыми петлицами воздушно-десантных войск, сидел в нетопленом прокуренном кабинете. Поднявшись навстречу, он приветствовал разношёрстную компанию зычным басом:
— Добро пожаловать в расположение учебного центра 105-й дивизии ВДВ!
«Боевики» слегка оробели. Подполковник был выше Лёньки из Белоруссии и при необходимости мог бы отжать ветерана Сашку одной рукой десять раз.
— Кхе, кхм, — первым пришёл в себя ветеран. — Мне бы, товарищ подполковник, сразу бортом на Мазари-Шириф, а этих, — Сашка шмыгнул носом, — надо направить в учебку.
— Присаживайтесь, товарищи, — подал пример подполковник, оседлав скрипучий венский стул. — Так, кто у нас прибыл?
Офицер-десантник достал сброшюрованный список и с трудом отковырял согнутым пальцем огромной руки первую страницу.
Приходящие в себя «коммандос» начали по очереди представляться, а бравый подполковник — ставить «крыжики» напротив найденных фамилий. В кабинете коменданта элита спецназа КГБ мало чем отличалась от доставленных в милицию подростков, подпаливших мусорную корзину на танцплощадке.
— Семерых не достаёт, — подытожил он.
— Все. Других не видели, — послышался неуверенный ответ.
— Непорядок! — продолжил подполковник и, наклонясь к селекторной панели, внятно произнёс: — Маша, кликни по матюгальнику прибывших к нам.
Через минуту сразу три репродуктора, загоняя эхо под потолок, хриплым женским голосом предложили прибывшим военнослужащим группы «Каскад» зайти в кабинет военного коменданта.
— Товарищ подполковник, это же разглашение... Мы секретная группа... — начал было Лёня.
— Да бросьте, ребята, у нас каждая городская проститутка про «Каскад» знает. Ваши как приедут, понаберут «тёлок» и давай им мозги компостировать во время антракта!
— Что, в театр водят? — переспросил любознательный Герман.
— Да, что-то вроде... У нас в театрах даже трусы в гардероб сдают, — ответил довольный собственной шуткой подполковник.
Секретная группа смущённо замолкла.
— Да, и вот ещё... с нашими женщинами поаккуратней. Триппер словите, как я-те-дам! К вашим услугам также сифилис, гонорея, лобковая вошь... Вопросы?
Вопросов не было. В кабинет постучали. На предложение «Войдите!» в помещение вошли семеро человек, с виду гражданских, с чемоданами, рюкзаками и... типичными чекистскими рожами. Вновь прибывшие были покруче статью первой шестёрки. Но даже среди них выделялся белокурый атлет с широкой грудью и бычьей шеей, на которой, будто лифт, туда-сюда сновал хрящеватый кадык. «Слава Богу, — подумал Герман, — хоть один не подкачал, а то этот подполковник совсем задавил своим экстерьером... Блин, и где только кадры таких дохляков находят», — досадовал он, с неприязнью разглядывая своё отражение в никелированном чайнике.
— Кто тут комендант? — равнодушно спросил атлет, играя желваками и с хрустом разминая скрещённые ниже пояса руки.
— А вы догадайтесь, товарищ... — вставая из-за стола, угрожающе тихо произнёс подполковник.
На венский стул упала шинель, и взорам «героев» открылся «иконостас» из орденов Боевого Красного Знамени, Красной Звезды и четырёх орденских планок.
— Лейтенант Пронин! Пензенское Управление, — отрапортовал вытянувшийся в струнку ошалелый атлет.
— Лейтенант, сми-и-ррна! — рявкнул капитан. — Желаете за свой счёт вернуться в Пензу?
— Никак нет!
— Тогда соблюдайте субординацию... Вольно! — и уже с усмешкой добавил: — Лейтенант, никогда ты не станешь майором! Слушай Высоцкого...
— Так, товарищи офицеры, все на выход, — скомандовал комендант, завершив процедуру опознания вновь прибывших. — Слева на привокзальной площади — два борта «Газ-66». Занять один и убыть согласно предписанию.
Погрузка и рассадка прошла быстро. Белокурый лейтенант Пронин первым запрыгнул на борт и потом, как башенный кран, одной рукой загружал сослуживцев.