— Ладно, Гера, уймись, — спохватился бородач, смущённо жуя отвислые усы. — Может, ты и прав. Давай лучше к завтрашней операции готовиться.
Герман согласился и пошёл в свою палатку.
Подготовка к операции
На базе уже вовсю кипела работа: Конюшов модифицировал кобуру, орудуя перочинным ножиком. Вырезав очередной кусок, он цеплял кобуру на ремень и проверял, насколько быстро может выхватить пистолет. Трудяга Фил перематывал цветной изолентой автоматные рожки, скрепляя их попарно. В Германе ещё бурлила обида за земляков, которые пили сметану и ни разу в жизни не видели бочковое пиво.
— Фил, — придрался он к бывшему «коммунальщику», — ты что фигнёй маешься!
— Что? — не понял Олег, который по мере роста бороды и усов всё больше и больше походил на Хо Ши Мина.
— Зачем ты их связываешь?
— Так удобнее. Смотри, — с этими словами Филимонов снял уже собранный двойной магазин и, перевернув его, попытался пристегнуть к автомату другой стороной. Вышло не сразу, но Олегу демонстрация показалась убедительной. Герман взял его автомат в руки, повторил манёвр, однако результатами остался недоволен.
— Тяжёлый получается, да и цепляться будет за всё подряд, — резюмировал он.
— Потянет! — легкомысленно заметил Олег, укладывая перевёртыши в подсумок.
Между тем Конюшов, закончив процедуру обрезания кобуры, укрепил её обрубок на ремне и виртуозно воткнул в неё пистолет.
— А пистолет тебе зачем? — продолжал исходить желчью Герман.
— Застрелиться, — не моргнув глазом, ответил Вовка.
— Если только... — саркастически поддержал его друг.
— Могу тебе дать, — предложил Конюшов.
— Спасибо, я, если приспичит, из «калаша» себя порешу.
— Не выйдет! Тебе автомат не положен. Ты, Гера, назначен у нас снайпером, — огорошил друга Володя Конюшов.
— Как снайпером?
— А так. Приходил Белоусов, спросил, кто у нас метко стреляет, я тебя и заложил, — улыбаясь, сообщил коммунальщик. — Иди в оружейку, бери СВД и прикинь, сможешь ли ты из неё застрелиться.
Герман в дурном расположении духа пошёл искать майора Белоусова, мысленно посылая к чертям всю эту военную безалаберность, лишающую его возможности застрелиться из собственного автомата. Майора он нашёл в штабной палатке. Со словами «Разрешите войти» снайпер-самоучка откинул полог. Капитан Гаджиев, водрузив на стол китайский термос, изящно выгнутой ладонью показывал Стрельцову и Белоусову, как будут заходить на «высотку» вертолёты.
— Что тебе, Герман? — оторвавшись от демонстрации, спросил Гаджиев.
— Это правда, что я — снайпер?
Гаджиев перевёл взгляд на Белоусова.
— Да, он будет у нас снайпером, а что не так? — уставился на Германа майор.
— А то, что я ни разу из СВД не стрелял! — честно признался снайпер.
— Не бузи, Николаич, на стрельбах в Фергане ты показал лучшие результаты. Что ещё надо? — перешёл в наступление майор.
— Да, да, капитан, — поддержал майора полковник Стрельцов, — идите в оружейку и получайте СВД.
Со словами «Есть! Разрешите идти!» Герман покинул штаб и направился в оружейку, на ходу размышляя о коллективном кретинизме своего нового руководства. Но почему-то особо неприязненные ощущения вызвал глубоко раздвоенный подбородок майора Белоусова, который он непрестанно теребил, бросая отсутствующий взгляд на ершистого снайпера. «Спасибо — сапёром не назначили», — подытожил свои впечатления Герман, после чего успокоился. У него оставалась надежда на скорое возвращение легендарных Креста с Мамонтом, которые, по мнению Юрки Селиванова, должны будут железной рукой навести порядок в отряде.
Снайперская винтовка Герману понравилась. Отойдя к полю, он проделал несколько манипуляций с вверенным оружием, попытался разобраться со множеством рисок в оптическом прицеле, но быстро остыл и решил по-крестьянски ловить «духов» в перекрестье. Да, застрелиться из такой херовины не было никакой возможности. Вернувшись в палатку, он разобрал СВД, смазал всё, что можно, протёр детали ветошью и в собранном виде поставил у изголовья. В это время Олег и Володя резались в карты со старослужащими. Герман взял подсумок с гранатами, задумчиво посмотрел на два зелёных мячика и, вытряхнув их на кровать, обратился к Олегу:
— Олежка, ты гранаты берёшь?
— Не-а! — откликнулся моложавый Хо Ши Мин. — За меня Вовка кидать будет.
— Вовка, а за меня парочку кинешь? — обратился к другу Герман.
Конюшов, вслух отсчитывая удары колодой карт по ушам Малышкина, утвердительно закивал головой.