– Здорово! – воскликнула Машка, – как красиво!
– Да, красиво, – признался он, и они пошли дальше.
На пути возникло маленькое болотце, где еще утром он вынужденно купался.
– И как тогда он не заметил этой пасеки? Или она возникла прямо сейчас, или была сказкой воображения, а утром здесь была пустая лужайка?
Но, мед в магазинах и сказочный, но такой реальный пасечник говорили об обратном. Внезапно из-под ног выпрыгнули две маленькие крысы и пулей устремились в ближайшие кусты. Они узнали его – человека с прочной сеткой. Теперь он взял свою жену на подмогу, и сейчас эти двое переловят всю их семью… И съедят!
Лягушки сидели на больших листах кувшинок и угрожающе квакали. Они готовились дать отпор обидчику и отстоять свое болото. Орлов не стал знакомить Машу с ними и поспешил повернуть в другую сторону.
Потом были поля, колосящиеся неизвестными злаками. Судя по тому, что люди на удивительном тракторе-комбайне косили эту поросль, можно было себе представить, что это была не просто трава, а пшеница или рожь или черт знает, что еще… но точно съедобное. Вот откуда в городе хлеб! За низенькой изгородью гомонили десятки… нет, сотни птиц – курочки и петушки с высокими красными хохолками. Все они выглядели более чем странно. Пострижены они были немыслимым образом, на многих были надеты немыслимого цвета штанишки и крохотные жилетки, а у петухов были повязаны галстуки, и даже бабочки украшали их гордые шеи. Все это было сделано не для петушиных боев, поскольку поодаль находился насест, из которого какая-то женщина выносила большую корзинку с куриными яйцами. Она кивнула им приветственным жестом и аккуратно понесла свою ношу в дом. Нет, не в дом – в какой-то вагончик, на котором было написано: ”Птичкин дом”. От всего увиденного остатки волос на голове Орлова становились дыбом. Эти люди играли каждый в свои игры, но случайным, непостижимым образом в этих занятиях была польза и толк. На мгновение даже показалось, что он один из этих гордых петухов, а на шее его черная бабочка. А на голове красный хохол, который стоит торчком. Поневоле пригладил волосы, но они взъерошились на ветру и настырно стояли дыбом.
– Но, если он петух, кто же тогда Машка? – и он посмотрел на нее. – Тьфу, черт! – подумал он, вытирая платком лицо, на всякий случай, проверив свою шею – галстука или бабочки там не было.
Вдалеке раздавались звуки оркестра, и Машка потянула его туда.
– Теперь музыка, – подумал он. – Безумие какое-то…
Море, огромных размеров, заполнило все пространство вокруг. Несмотря на поздний вечер, повсюду было много людей. Одни укрепляли насыпь у воды камнями и металлической сеткой, другие возводили подобие островка у самой отдаленной границы, где река впадала в город из-за внешней ограды. Почему остров сооружался на краю моря, было не понятно. И вообще, все было непонятным, и азарт, с которым трудились люди-муравьи, был необъясним. На берегу на маленьких стульчиках сидели музыканты и играли на инструментах. – Идиотизм, – подумал Орлов. – Почему он все это изучает – тоже было непонятно. Непонятно, что так волнует и притягивает его внимание, но зрелище завораживало. Потрясала слаженность, с которой эти люди выполняли свою работу, поражала музыка, которую играл оркестр. Она была незнакомой, но если не смотреть, могло показаться, что играет ее один человек на неведомом инструменте, который мог издавать любые звуки и синтезировать целый оркестр. Этих музыкантов было, наверное, больше сотни, но были они как одно целое. Пока он наблюдал за сумасшедшим оркестром, музыка закончилась, и толпа дружно рассыпалась по берегу. Нет, они не ели свои бутерброды, все, как один, дружно взяли в руки не смычки или барабанные палочки, а самые обыкновенные… удочки и принялись за дело. И вот уже один за другим тянули свою добычу из воды. – Так вот откуда в магазинах рыба! – подумал Орлов, – маленькая, но такая вкусная. Рыба была поймана во время коротких музыкальных антрактов умелыми руками виртуозов-рыбаков. – Невероятно, но факт! Перерыв окончился, и снова гром литавр, скрип смычков и дуновение валторн огласили окрестности. А какой-то смешной человечек на смешном тракторе-телеге уже увозил улов подальше от лучей вечернего солнца, видимо, в подвалы магазинов (работающих холодильников в городе не осталось, и нужно было беречь этот продукт от жары). И снова аккорды, снова безумная музыка и рокот чудо-экскаваторов.