Выбрать главу

Зрелище было удивительное, и многие, подняв головы, заворожено смотрели на небо, стараясь сохранись в памяти образ небесной западни, пока она не прольется дождем и не растворится в мокрой земле. Но, не тут то было! Туча поселилась здесь надолго. И час и два, уже день закончился, следующий наступил, а туча все висит, окружая город, не двигаясь ни на шаг на черном небе. И только солнце удивленно светит в круглое окно, в небесный проем, радуя теплом и светом городок. Вот такой катаклизм случился на небе, и когда он закончится – не знал никто. А туча, совершенно обнаглев, теперь нахально поливала дождем окраины за сеткой ограждения, ни каплей не беспокоя город. И молнии свои бросала во все стороны, ветер сносил кусты, тонкие деревца, но все это происходило за оградой.

Тысячи людей вышли на улицы и созерцали это необъяснимое явление. Собаки, задрав морды, тоже смотрели на небо, кошки, крысы на лужайках, лягушки в своих болотцах и даже несъеденные черви. А эти – последние знали, что дождя не будет, сидели в теплых лужах, задрав головы, и любовались. Может быть, не знали, но каким-то тонким чутьем, внутренним зрением чувствовали – этих никогда не обманешь. Люди какое-то время постояли, посмотрели, а поскольку со временем теперь они были не в ладах (то есть делали только то, что хотели и когда хотели, торопиться им было некуда). И, наконец, разбрелись по острову… То есть по городу… Короче, по своим делам…

Глава 39

Дождь лил, не переставая, третью неделю. Палатка насквозь промокла, и приходилось ее огромную брезентовую крышу постоянно поднимать, сливая с нее воду, иначе она рисковала упасть и накрыть всех с головой. Несмотря на середину лета, стало холодно и промозгло. Нос на улицу не высунешь, а нужно было выходить на построение, на зарядку, идти в столовую, дальше на учения. А потом по расписанию становиться на пост. Пост был под открытым небом, а небо как будто сошло с ума, – думал он, становясь на вечернюю вахту, держа автомат в руках. Автомат тоже был мокрым и холодным, но ему было все равно. Он давно привык к такой жизни и этой службе.

Прошло уже больше трех месяцев, как их, молодых ребят из учебки, неожиданно забросили сюда. Потом подробный инструктаж, учебные стрельбы. Главное, что они должны были делать – стрелять в любого на охраняемой полосе отвода. Стрелять без предупреждения. Бывают ситуации, когда предупреждать не надо. Там, за металлической сеткой, которую построили ребята из стройбата, находились безумные люди. Они были заражены опасной неизлечимой болезнью, и их приходилось охранять. Вот он и охранял, не представляя себе, как будет стрелять в беглецов, но мысленно к этому готовился. Приказ есть приказ – служба есть служба. Слава Богу, никто за это время не пытался преодолеть забор, поэтому постепенно он перестал бояться и себя, и автомата в руках, который, по-видимому, не боялся ничего. Хотя, и ему уже бояться было нечего. Странным было то, что из города никто не бежал, а особенно удивляло, что ни одна крыса, ни одна собака не стремились на волю. Ребята-пограничники говорили, что такого быть не может, но все было именно так. И даже ни одна птица не пересекла забора с той стороны. Сейчас он стоял, мок под дождем и вспоминал:

До армии, закончив училище, он был музыкантом. “Музыкант” – так его называли теперь. Здесь это было слово ругательное, поэтому приходилось защищаться. Вместо музыкального инструмента он получил другой “инструмент” и теперь выходил с ним на границу стрелять перебежчиков. А в брезентовой казарме защищал свое ИМЯ музыканта от клички Музыкант, за что постоянно “получал”. Поэтому здесь, на посту, было совсем неплохо даже под проливным дождем. Хотя, какой он теперь “музыкант” – после полугода службы? Пальцы его окончательно закостенели, и когда-нибудь придется начинать все с начала, что совсем не пугало его. Было за что держаться! Там, дома, оставалась замечательная девчонка, которую он любил, и она тоже… любила. Поэтому на душе было легко, совсем не страшно и не больно. Месяцы, дни, часы – текли они медленно, минуты быстрее, секунды летели. Только их было несказанно больше этих секунд, зато они летели и стремились навстречу к ней!

…”Очень соскучилась! Без тебя совсем не могу. И ничего не хочу. Хочу только тебя, жду, когда ты приедешь и будешь со мной. И наш оркестр, и музыка! А сейчас даже музыку не хочу. Пока, мой музыкант. Осталось одиннадцать месяцев”…