- И это единственный случай, когда вы имели дело с этим типом?
- С профессиональной точки, да, но я встречался с ним впоследствии несколько раз в барах, и он всегда не преминул подчеркнуть, что ведет теперь честный образ жизни. Я вновь взглянул на экран.
- Не понимаю, зачем он здесь, что ему нужно на этой фабрике?
- Наверное выполняет чьё-нибудь поручение, – и Грюнеберг снова гаркнул в микрофон, – про¬должайте фильм.
На экране Тонни протопал” по лестнице вверх и исчез во входных дверях. Через некоторое время он вновь показался на экране, теперь уже выходя из них. Затем он неторопливо сошёл с лестницы, лицо его улыбалось, он выглядел весьма доволь¬ным . Мы проследили за ним до конца, пока он не исчез из пределов камеры, но ничего интересного более не обнаружили.
- И всё же, я думаю, нам следует досмотреть весь фильм, – сказал Грюнеберг.
Что мы и сделали, но больше я никого не узнал. Грюнеберг включил свет, и мы снова уселись за маленький столик, чтобы подвести итоги.
- На фото мы узнали Вронского. Мы не смогли заснять его в полный рост, когда он покидал фа¬брику, поскольку этому помешал припарковавшийся грузовик. И всё же попытаемся сделать правильный вывод. Давай тщательно сравним оба изображения Вронского. Ну, что, понял, в чём тут дело?
- Пожалуй, он покинул фабрику без портфеля.
- Совершенно правильно, мистер Саливан.
- На фото Вронский с портфелем. Но из фильма ясно видно, что Жучков пришёл на фабрику с пус¬тыни руками, а покидал её с портфелем в левой руке. Отсюда можно предположить, что Жучков ушёл с тем же портфелем, который был у Вронского. -Грюнеберг кивнул в знак согласия.
- Итак, мы оба пришли к одному и тому же вы¬воду , но по—моему можно ещё кое-что подчерпнуть из просмотра.
- Я тоже так думаю.
- И что же?
- А вот что: на фото портфель тощий – значит пустой, а в фильме, когда Жучков выходил с фа¬брики, портфель был уже чем-то набит.
- Весьма похвально, что вы обратили на это внимание. Поздравляю, у вас зоркий глаз.
- Это деньги, – предположил я.
- Пожалуй.
- Можем ли мы это утверждать наверняка?
- Да, за Жучковым проследили до его места встречи с одним из его американских агентов. При этой встрече он вынул из портфеля и передал агенту именно деньги. Ну, а теперь, пожалуй, настало время перейти к этому агенту, он внедрён нами в русскую шпионскую сеть. Ему-то и удалось собрать кое-какую информацию. Самое главное в ней то, что он окончательно определил, откуда к нам ввозится необработанный опиум-сырец. Он вво¬зится из Мехико!
- Эка невидаль, чего тут странного, ведь Мехико совсем рядом.
- Нет, всё довольно необычно, и вы сейчас поймёте, почему. Сырец перевозят грузовиками, используя всего три машины, причём каждый раз прибывает только один. Нашему агенту удалось за¬писать их номерные знаки. Причём машины всегда краденые.
- Тонни Тейт? -спросил я.
- Возможно. Почему бы вам самому не спросить у него об этом?
Уж не думаете ли, вы, что он мне всё расска¬жет? !
- А почему бы и нет.
- Сомневаюсь, я думаю, что Тонни используется лишь в качестве поставщика угнанных машин, не более.
- Не согласен, эта организация так не работает» Саливан, что подтверждается нашими о ней сведениями. Организация устроена так, чтобы все ее участники были прямо замешаны в дело, чтобы
не было отступлений. Так что будьте уверены, он делает значительно больше, чем просто поставляет угнанные грузовики. То, что он перевозит сырец -это несомненно, но возможно, что он перевозит обработанный героин. Так что пощупайте этого Тонни, Саливана, пощупайте, как следует.
Глава 10
Бар “Голубой проказник” на 45-й улице. Пот¬ный тёмнокожий бармен отрицательно качает своей курчавой головой. Мне опять не везёт. Уже целый день я шатаюсь по барам, и везде одно и то же.
- Нет, – говорит он, – я не ногу, утверждать, что знаю кого-либо по имени Тонни Тейт.
Грюнеберг раздобыл мне фотокарточку Тонни не¬большого формата, чтобы она помещалась в нагруд¬ной кармане. Я сунул фотографию прямо под тол¬стый мясистый нос бармена.