Шардаш сунул торговке медную монетку и заново прочесал рынок. На этот раз ориентировался на запах корзинки. Он привёл на деревенскую окраину. Корзина с тыквой и прочими покупками валялась у частокола. Дальше запах обрывался, резко, неожиданно. Профессор понял: Мериам не увезли, скажем, на лошади, не унесли на руках, а затолкали в пространственный коридор. Судя по описанной реакции, девушка пребывала под действием заклинания, иначе бы кричала или хотя бы возмутилась дерзким поведением похитителя.
Профессор застонал: не ушёл бы, ничего не случилось! Далась ему эта кружка пива! Она теперь поперёк горла встала. Но кому понадобилась Мериам? Даже Темнейший с королевой угомонились.
Шардаш подхватил корзину и вышел на околицу, там принюхался и отправился в обход. На двух ногах много не осмотришь, но в зверя оборачиваться нельзя: при свете дня заметят, тревогу поднимут.
Сбив подмётки, измазавшись в грязи и пыли, профессор до темноты обошёл все окрестные селения, надеясь, что похититель побывал там. Увы, удача не улыбнулась Шардашу: никто высокого блондина не видел, чужих не приметил. Значит, похититель маскировался.
Дождавшись темноты, профессор перекинулся и прочесал лес — опять ничего. Уставший, голодный и встревоженный, он на рассвете вернулся в домик и, не раздеваясь, повалился спать на кухне.
Утро началось с холостяцкого завтрака и тягостных дум. Шардаш уже не рвался прочёсывать всю округу, понимал — если Мериам не вернулась, а он её вчера не нашёл, то всё бесполезно. Мало ли, куда можно открыть пространственный коридор?
Жуя яичницу, профессор мысленно составлял список тех, кто имел зуб на него или на Мериам. Собственных недоброжелателей хватало, но все либо тайные, либо притихшие. У адептки и вовсе никого, разве что сестра недолюбливала. Но не станет же Аиша просить какого-то мага наводить морок, выслеживать Мериам и уносить в неведомые дали. Глупо и бессмысленно!
Шардаш так и этак вертел всех, с кем сводила его судьба, но ничьей выгоды в похищении Мериам не видел. Никаких требований не выдвинуто, ничьих проблем исчезновение адептки не решит.
Прождав до полудня и убедившись — никто с ним связываться не собирается, Шардаш забыл о гордости и решил прибегнуть к посторонней помощи. Во-первых, родного ордена Змеи, во-вторых, Селениума Крегса, в-третьих, Магистра магии. Последнего не хотелось беспокоить, но в память врезались слова: «Не стесняйтесь, обращайтесь». Графа Саамата Шардаш оставил напоследок, если другие окажутся бессильны.
Сначала профессор связался с директором Ведической высшей школы: Мериам — его ученица, он, Шардаш, — подчиненный.
Профессор застал Крегса за непривычным занятием: тот красил крышу. Судя по всему, в загородном доме: на горизонте виднелся лес, а о карниз бились ветви яблони.
— Сейчас, только кисточку уберу, Тревеус, — директор вытер пот со лба и отложил инструменты маляра. Не забыл и подстраховался, намертво закрепив их на покатой крыше веранды. — Ну, как отдыхается? У нас жара такая, не продохнуть!
Крегс осторожно поднялся наверх, присел на подоконник открытого окна второго этажа и накинул на плечи рубашку. За прошедшие с их последней встречи дни, директор успел загореть. Вот абитуриенты на вступительных испытаниях удивятся! Они ведь ожидают увидеть бледного старца с синяками под глазами от научной работы.
— Селениум, случилась одна вещь… — Шардаш медлил, подбирая слова. — Вы не упадёте?
— Если что, тут невысоко, — успокоил директор, — и левитацию я освоил много лет назад. Сгруппироваться тоже успею, так что говорите смело.
— Мериам пропала, её кто-то похитил. Кто, без понятия, потому что не выгодно это никому! — не сдержав эмоций, профессор повысил голос и вскочил, едва не расплескав таз с водой, который использовал вместо переговорного шара.
— Успокойтесь! А ещё куратор старших классов — как не стыдно! — скрывая волнение за иронией, пожурил Крегс.
— Стыдно, но по другой причине: не уследил. Всё проверил, всех опросил — ничего путного. Парализующие чары, морок, пространственный коридор.
— Может, в наложницы забрали? — предположил директор. — Мериам — симпатичная девочка, настоящее солнышко… Ни с кем не ссорились?
Профессор покачал головой и заверил: нечисть близко к жене не приближалась.
— Так и дворяне иногда так любовниц заводят, — вздохнул Крегс. — Увы, сохранились в Лаксене такие индивиды. Но это хоть версия, Тревеус.
— Угу, о любвеобильном маге, который…
Шардаш не договорил: он вспомнил неприятный эпизод в Наисии, о котором рассказывала Мериам. У того субъекта был странный запах: и не тёмный, и не человек. Вспомнить бы имя!