-Если ты согласишься стать объектом для исследований, я восстановлю фею. Она будет полностью здорова. Это будет непросто и довольно рискованно, но пожалуй, я возьмусь.
-И что мне надо будет делать? Какие-то твои... э... тесты?
-Нет. Я усыплю тебя и подвергну исследованию твое тело.
-А это... надолго?
Тигровая Лилия издала смешок - у нее все же появилось чувство юмора.
-Это навсегда. Ты уснешь и больше не проснешься, потому что после всех исследований от твоего тела мало что останется. Выражаясь проще - ее жизнь за твою.
-Это... несправедливо... - прошептал я.
-Ну отчего же? - мурлыкнула операционная система, но я не ответил - мои слова адресовались не ей.
Почему сейчас? Боже, боже, почему именно сейчас это случилось, в одном шаге от финиша, от счастливого конца? Именно сейчас, когда я научился ценить людей, именно сейчас, когда я наконец-то вырвался, иду вперед - я должен остановиться, должен пожертвовать собой?
-Вообще-то... нет, не должен. - произнес мой внутренний голос.
-Что? - переспросил я.
-Самопожертвование - вещь сугубо добровольная, никто не вправе его от тебя требовать. По всем человеческим законам ты обязан оказывать помощь попавшему в беду - и ты это сделал, сделал все возможное, но жертвовать собой ты не обязан. Ты можешь просто уйти.
Нахлынуло какое-то полузабытое чувство из детства - когда на тебе была некая тяжелая повинность, и вдруг ее с тебя снимают. Я сделал шаг к выходу.
Вообще-то, если так подумать... и правда ведь, я не обязан это делать. Конечно, жалко фею, но я уже сделал, что мог. Она ведь фея - ее жизнь лишь порхание по цветам, а я человек, я столько могу сделать в жизни, принести большую пользу человечеству... это будет неравноценный обмен, человеческую жизнь за жизнь феи, логично?
Потом, я ведь говорил ей - останься, не ходи за мной. Послушалась - была бы жива. Получается... ну, если уж начистоту - она сама виновата. Верно? А представь, вот она очнулась, а тебя нет, потому что ты отдал свою жизнь за ее глупость. Как ей дальше с этим грузом вины жить?
Я поднялся по ступенькам, сел на порог лаборатории. Воздух был еще прохладный, но вовсю пригревало солнце. Пахло влажной землей и проклюнувшейся зеленью, какая-то неуемная птица щебетала совершенно без остановки, словно ей и дышать не требовалось. На обжигающе-голубом небе прочертил линию еще один реактивный самолет. Наверное, совсем скоро услышу оттуда, снизу, от пристани, корабельный гудок. Бросить все это, вернуться в лабораторию и... конец? Нет, это невозможно - мои ноги просто откажутся нести меня, я вцеплюсь в ближайшее дерево с такой силой, что затрещит кора, лишь бы остаться здесь и не умирать.
Не каждый же обязан быть героем, верно? Более того, человек имеет право на слабость. И время лечит... пройдет пара лет, и научу себя не вспоминать об этом случае. А если нет - найду психолога, не пожалею денег, десяток сеансов - и он избавит меня от чувства вины, убедит меня лучше, чем это получается у меня самого.
Наконец, это просто судьба - разве могло быть иначе? Не бывает полного счастья, такая история могла закончиться только расставанием. Если бы это была книга, трагическая смерть феи была бы самым логичным и предсказуемым ее финалом.
-Ну вот, теперь ты и вправду похож на остальных людей. - шепнул мне внутренний голос. - Теперь и с тебя слетела конфетная обертка.
-Да... - обреченно ответил я.
Мой инстинкт выживания велел мне остаться. Мой разум велел мне остаться. Мои эмоции велели мне остаться. Но откуда-то из самых далеких глубин, о которых я прежде и не подозревал, поднялся четвертый, прекрасный и сияющий, как драгоценный камень. Он не приводил аргументов, не пытался убедить - он просто схватил меня за шиворот, втащил в лабораторию и заставил произнести слова:
-Я согласен.
Открылась дверь в комнату, из которой я копал туннель зимой. Открылась замаскированная дверь в этой комнате, ведущая в туннель. Я двинулся туда, слабея с каждым шагом, но Тигровая Лилия пожалела меня, подхватила манипуляционным полем и понесла по воздуху в горизонтальном положении, на спине, головой вперед. Возле входа в туннель ко мне подлетела небольшая ампула, лопнула в воздухе, ее содержимое всосалось в мою кожу, и в глазах стало темнеть.
Десятиметровый туннель казался бесконечным, светлый прямоугольник незакрытой двери все удалялся. Странно, подумал я. Говорят, когда человек умирает, он видит открытую дверь, светлый туннель, и его тянет туда, к свету. А я наоборот, ухожу...
-Не говори ей. Не говори, что я здесь. Слышишь? Не говори... - попросил я и успел услышать ответ до того, как уснул черным лекарственным сном: