Вернувшись, я включил свет. Пока фея жмурилась и моргала с непривычки, я поставил коробку на стол и положил внутрь стопку одноразовых платочков.
-Вот, посмотри. Так лучше? Тебе как раз...
Я не успел еще договорить, как Бета юркнула внутрь. Закрыв крышку коробки, я чуть отошел от стола.
-Ну как?
-Спасибо... тут нормально... извини... те...
-Прекрати уже извиняться. - улыбнулся я. - теперь ты сможешь заснуть?
-Да... наверное, смогу. Спасибо...
-Ну, спокойной ночи.
Потом я сидел в столовой, пил горячий сладкий чай и смотрел в окно, за которым не было видно ничего - лишь подсвеченные светом из столовой капельки воды падали на фоне полной черноты. Когда-то мне довелось читать объемную книгу по психологии, написанную вполне популярным языком, и отдельная глава в ней была посвящена снам, которые видит хотя бы раз в жизни подавляющее большинство людей. Один из описанных там снов я прямо сейчас наблюдал наяву.
'Многим людям снится, что они находятся в помещении, за пределами которого нет ничего. Как правило, это обычная комната, еле-еле освещаемая тусклой лампой накаливания, либо, не менее популярный вариант - некий кабинет либо иное административное помещение, и в этом случае свет яркий, белый и неживой, как от ртутных ламп. Обычно в помещении есть окно, за которым либо некий инертный пейзаж, либо совсем темно, и человек ощущает, что за пределами этого помещения не существует ничего, само понятие 'за пределами' перестает существовать. Все опрошенные во время этого сна испытывали острое чувство одиночества, оторванности от всего человеческого рода, некоторые признавались, что 'чувствуют себя последним человеком на земле'. Также во время сновидения присутствует четкая уверенность, что данное состояние не будет иметь конца, и многие из опрошенных в качестве иллюстрации к данному типу сна приводили стихотворение А. Блока:
Ночь. Улица. Фонарь. Аптека.
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века -
Все будет так. Исхода нет.
Умрешь - начнешь опять, сначала
И повторится все, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека. Улица. Фонарь.
Практически всеми опрошенными это сновидение оценивалось как тягостное, страшное и неприятное'.
Как и многие люди, я видел этот сон. Видел лишь однажды, когда учился в пятом классе. Мне приснилось, что я совершенно один в большой детдомовской спальне, рассчитанной на десять человек, чего в реальности никогда не случалось. Люстра на три рожка, обычно заливающая светом каждый уголок комнаты, полностью исчезла, вместо нее в комнате был единственный настенный светильник-ночник, освещавший лишь один угол комнаты. В этом сне я сидел на подоконнике и читал какой-то учебник по радиотехнике, а за окном был освещенный луной совершенно вымерший город - ни одного движения, ни одного светящегося окна, ни одного звука.
И мне совсем не было страшно. Мне было уютно.
Сделав последний глоток, я поставил стакан на стол, подошел к окну и прижался лбом к холодному стеклу. Все как во сне... но это не сон. Если Тигровая Лилия сказала правду, а лгать ей не было резона, за пределами острова действительно ничего нет. Пустота... более чем пустота, небытие.
Странная же штука судьба, странная - и со своеобразным чувством юмора. Почему из всех людей, плывущих на корабле со мною, на острове оказался именно я? Почему именно на этом острове, где совсем нет людей и полно (полно!) всевозможных приборов и механизмов, которым так нужна моя забота? Это же... это все равно что сладкоежке попасть на остров с конфетными деревьями и бесплатными стоматологами на каждом шагу.
Я представил на своем месте некоторых ребят из нашей институтской группы. Кто из них, всегда окруженный друзьями, не выл бы от одиночества к концу первой же недели? Кто из них не смотрел бы на сломанные автоматы морщась, как от зубной боли - потому что техника и в институте успела надоесть? Кто из них остался бы в здравом рассудке, узнав, что нет пути обратно и всего прочего мира просто не существует?
Никто, кроме меня.
*****
Я проснулся поздно, но все же раньше феи и готовил завтрак, когда она спустилась вниз.
-Доброе утро... - поприветствовала она меня.
-Доброе.
На улице все еще накрапывал дождь, и небо проясняться пока не спешило. Температура упала, и в здании тоже было прохладно, так что я с утра надел джинсы и теплую рубашку.
-Тебе не холодно? - спросил я фею, которая была все в тех же шортиках и футболке.