- Сеня, ты хоть отдохни, с детьми поиграй, в кино жену своди. Ну что ты всё пишешь, да пишешь?
- Да, да! Обязательно, мама…, - бормотал он в ответ и продолжал что-то писать.
Часть 2
Часть 2. Новая реальность
Для Роберта и Альберта то лето было самым счастливым, потому что они больше никогда не ездили на лето в деревню. Наоборот, бабушка продала свой домик и переехала жить к ним в душный, грязный город. Нужно было помогать невестке, воспитывать детей, потому что сын – Семён, погиб во время каких-то испытаний. Он был учёным и работал над созданием новых видов биологического оружия.
- Да, - подумал Альберт Семёнович, - Хорошее было время. Огромная страна, раскинувшаяся на пол континента, была его Родиной. А что теперь? Ни Родины, ни континента, ничего не осталось. Жалкие остатки людей, и умирающая планета. Хотя… Кое-что можно сделать, да только никому это не нужно…
Профессор встал из кресла и бормоча себе под нос:
- Жаль, жаль, - направился в лабораторию.
Роберт вывел из гаража АРК, больше напоминающий кресло на колёсах и, надев шлем, закрывающий лицо тёмным стеклом, направил своё странное средство передвижения в сторону синеющих в дали гор. АРК не спеша двигался по приглаженной ветрами почве. На специально подготовленной трассе он мог развивать скорость свыше 150 километров в час, но дать волю АРКу в этих условиях было равнозначно самоубийству, поэтому Роберт не торопился. Куда спешить? Даже при такой скорости он скоро будет там, в пойменном лесу, на берегу быстрой горной реки.
Ещё мальчишкой он часто ездил туда. Сначала с отцом, а потом сам. Чудом уцелевшие деревья за эти годы поднялись в небо, шелестя зелёными, блестящими с одной стороны и пушистыми с другой, листьями. Тополя, ивы, несколько дубков всегда радостно встречали гостя. Листья папоротника приветливо покачивали длинными, закрученными на концах хвостами. После страшной катастрофы, это был единственный во всей округе зелёный островок. Его обитатели тоже уцелели Пение птиц, цокот белок, шуршание мышей в опавшей листве приводили Роберта в восторг. Он, точно кот, гонялся за мышками, и если удавалось поймать, то играл со зверьком до полного изнеможения. Лазал по деревьям в поисках птичьих гнёзд и мог часами наблюдать за беззащитными пташками. Рос лес и рос Роберт, но любовь к этому зелёному чуду не проходила, а становилась только крепче.
Несколько лет назад в пещере на краю леса, поселились странного вида люди. Мужчины все, как один с длинными волосами, заросшие так сильно, что лиц невозможно рассмотреть. Женщины худые, измождённые, такие же волосатые. Только одежда их и отличала. Мужчины в чёрных брюках и косоворотках, а женщины в коричневых хламидах почти до земли. Откуда они пришли, не рассказывали. Называли себя «идущим». А вот куда идут, тоже не рассказывали.
Отец очень расстроился, когда Роберт рассказал ему о незнакомцах. Профессор боялся, что люди уничтожат лес. Он часто отправлял сына на разведку, но ничего плохого не происходило. «Идущие» ломали руками сушняк, бывший в лесу в изобилии, уносили его в пещеру и там жгли небольшой костерок. Пищей им служили белки и рыба. Так прошло три года. Люди привыкли к Роберту, часто наведывающемуся в лес. Он познакомился с их вожаком, одноглазым Лехом. Тот иногда просил у Роберта лекарств, для своих друзей. Юноша никогда не отказывал, сочувствовал бедным изгнанникам. Но при всём при этом шлем с головы никогда не снимал. Мало ли, как отреагируют чужаки на его внешность?
За нечеловеческие способности люди прозвали Роберта Тарзаном. Лех сказал, что Тарзан жил в лесу и лазал по деревьям, как обезьяна. Роберт сначала обиделся и даже хотел накостылять насмешнику, но Лех быстро объяснил, что Тарзан был человеком, просто вырос среди обезьян.
- Ладно! Буду Тарзаном, - согласился Роберт и в мгновение ока взлетел на дерево, потом перепрыгнул на другое. Тонкая ива, согнулась под его тяжестью. Ещё прыжок, и вот он уже стоит на земле, блестя стеклом, закрывающего лицо шлема.
На вершине холма Роберт остановил АРК и посмотрел вниз. Зелёный островок, как всегда, был рад гостю. Призывно покачивали ветками ивы. Запах реки и леса проник под шлем и Роберт чихнул.