Девочка Кристина, получив укол в вену, погрузилась в наркотический сон. Алексей обработал операционное поле и занес скальпель над местом предполагаемого разреза.
-Вот здесь, и к лобку, - показал указательным пальцем Семен.
-Знаю.
Острие скальпеля коснулось кожи, края раны разошлись и набухли кровью.
-Каутер, - отложив скальпель в сторону, хирург взял протянутый сестрой наконечник для электрокоагуляции сосудов.
Семен, стоя на месте ассистента, помогал Алексею до того момента, когда хирург вывел в рану неизмененный аппендикулярный отросток.
-Мда, похоже, ты был прав, - пробормотал Алексей.
-Давай меняться местами, - сказал Семен и обошел вокруг операционного стола.
Найти из небольшого разреза в непривычном месте маточную трубу и яичник довольно сложно, но Семену повезло. Максимально растянув края раны, он тупфером14 развел петли кишечника и сразу же нашел синюшную раздутую маточную трубу и небольшое количество крови.
-Нам повезло, - сказал Семен, не скрывая облегчения, - беременность еще не прервалась.
Он быстро сделал то, что необходимо, и они снова поменялись местами, чтобы хирург удалил неизмененный аппендикс и послойно зашил рану. Наложив повязку, Алексей сказал:
-Спасибо, Семен Михайлович, что бы я без тебя делал.
-То же самое, - отмахнулся Семен.
-Не скажи, - покачал головой Алексей, - я бы пошел типичным доступом, разрез был бы выше, и я не смог бы найти внематочную беременность.
-Да, ладно, сегодня я тебе помог, завтра – ты мне. Кстати, матери девочки не говори, что было. Пусть думает, что у дочери острый аппендицит. А я через три дня приду на дежурство и загляну к девочке.
-Окей, - кивнул Алексей.
Чувствуя усталость, Семен покинул хирургическое отделение. К счастью, в приемном отделении гинекологии было тихо, и он сразу завалился на диван.
Всё призрачно вокруг, и невозможно сказать, где сон, а где реальность. Мысль созрела у Семена, который смотрел на дорогу. Он ехал домой очень медленно. Необычно густой утренний туман скрывал окружающую действительность, позволяя увидеть только метров на десять-пятнадцать вперед. Ничего необычного, в мае такое бывало. Но для Семена этот вид напоминал события в его кошмарном сне, и это немного пугало.
Особенно, учитывая тот факт, что рядом на пассажирском сиденье сидел отец.
-Расслабься, сын, - посоветовал отец, глядя на Семена, который пристально всматривался вперед и держал ногу на педали тормоза.
-Ага, расслабишься тут, ничего не видно.
-Ерунда, - отмахнулся отец, - я же вижу, что дорога абсолютно пуста.
-А я не вижу. Мгла, как у Стивена Кинга.
-Не бойся, здесь нет, не было, и никогда не будет никаких ужасов.
Отец достал из кармана пиджака курительную трубку. Извлек кисет с табаком и открыл его.
-У меня в машине не курят, - сказал Семен.
-Что, и для родного отца не будет исключения?
-Ни для кого.
Задумчиво посмотрев на трубку, отец покачал головой, закрыл кисет и убрал всё обратно в карман. Семен почувствовал легкий аромат самосада.
-Ладно. Согласен, что правила нельзя нарушать. Сначала позволишь родному человеку курить в салоне автомобиля, потом приятелю не сможешь отказать, а затем и сам потянешься к сигарете.
Они проехали в молчании еще около километра, потратив на это около десяти минут. И затем отец почти безразличным голосом спросил:
-Ну, ты подумал о том, что мы с тобой видели? Что решил делать?
-Бред.
Семен одним словом выразил своё отношение – и к увиденному, и к вопросам отца, и к возможности обсуждать эту тему.
Отец улыбнулся и сказал:
-Что-то подобное я предполагал. Что ж, ты же понимаешь, что терпения мне не занимать. Я люблю тебя, сын, и продолжу помогать.
-А надо ли?
-А почему нет?
Семен, заметив поворот на автозаправку, свернул и затормозил. Ему надоело продираться сквозь туман. Лучше подождать полчаса, туман поднимется вверх, и можно будет спокойно ехать. Кроме того, бензина в баке осталось мало.