Новые цари не порвали тесных связей с приведшей их к власти кочевой средой. На оборотной стороне аршакид-ских монет помещается традиционное изображение Аршака, сидящего на троне с символом своего могущества — смертоносным луком в руках. Иногда мы видим здесь и изображения того, как богиня античного облика преподносит венок победоносному царю, держащему неизменный лук. Один из Аршакидов даже принимает такой венок, сидя верхом, это тоже, конечно, символ. Действительно, легкая кавалерия (неотразимые парфянские лучники) и тяжелая конница из бронированных всадников и коней (катафрактарии) составляли ударную силу парфянской армии.
Утвердившись на престоле, аршакидские правители начали постепенно прибирать к рукам отдельные провинции разваливавшейся селевкидской державы. При Митридате I (171–138 годы до н. э.) парфянские войска появляются на берегах Евфрата. Другой Аршакид — Митридат II (123—88 годы до н. э.), прозванный Великим, именует себя на монетах: «Арсак, царь царей, справедливый, благодетельный и филэллин». Последний из этих титулов, вероятно, был рассчитан на привлечение симпатий довольно многочисленного греческого и эллинизированного населения месопотамских городов. Как бы то ни было, военными действиями и политическими акциями Парфия утверждается в ранге мировой державы, вызывая боязливое удивление современников. Уже упоминавшийся выше римский историк Юстин так и пишет про парфян: «Три раза подвергались они нападению римлян, во главе которых стояли величайшие римские полководцы, — Рим был тогда в расцвете сил, — и они одни из всех народов оказались не только равными римлянам, но и победили их. Однако еще больше славы, чем победа над заморским врагом, принесло им то, что они сумели выдвинуться, находясь между царствами Ассирийским, Мидийским и Персидским, некогда знаменитейшими, и рядом с бактрийской державой, владеющей тысячей городов».
Монеты парфянских Аршакидов
(оборотная сторона)
Оставим, однако, древних авторов, сведения которых обстоятельно изучались поколениями историков. Обратимся к той Парфии, или, как ее иногда еще называли, Парфиене, которая, по словам Страбона, была лишь лесиста, гориста и бедна. Археологическая карта парфянских областей насчитывает значительное число древних памятников. Только в районе Ашхабада имеется свыше сорока древних развалин, остатков селений, крепостей и усадеб, на которых отмечены слои парфянского времени. Это и не удивительно. По сравнению с греческими географами и римскими историками современные археологи имеют прежде всего одно, совершенно бесспорное преимущество: они, как правило, лично посещают те места, о которых пишут в своих книгах.
Среди парфянских памятников, расположенных в Южном Туркменистане (в южнопарфянских областях, ныне входящих в состав Ирана, соответствующие исследования еще не производились), имеются и развалины городских центров. Таково городище Хосров-кала, находящееся, кстати, по соседству с более древним центром — Елькен-депе. Здесь укрепленный стенами город располагался рядом с мощной цитаделью. Руины крупной парфянской четырехугольной крепости имеются на окраине современного районного центра Каахка. Это огромное городище, достигающее площади 35 гектаров, так и именуется местным населением: Койне-Каахка (Старая Каахка). Еще одна парфянская крепость располагалась на территории другого районного центра — Геок-тепе. Известны развалины и значительного числа других, более мелких городов и крепостей, бывших центрами земледельческих оазисов. На окраинах этих оазисов теснились кочевники, давшие Парфии правящую династию. В ряде мест раскопаны их могилы, помещавшиеся под курганными насыпями, обычно вытянутыми в цепочку.
В специальном подземном помещении, которое археологами именуется катакомбой, покоилось тело усопшего в богатой одежде, нередко расшитой золотом. Рядом лежало оружие — железные мечи и кинжалы и, конечно же, знаменитые парфянские стрелы, от которых в большинстве случаев сохраняются одни железные наконечники. Помещались в могилу глиняные и каменные сосуды. Одна такая находка оказалась особенно удачной: на дне глиняной фляги обнаружен красноватый органический осадок. Проведенное исследование показало, что это осадок вина, изготовленного не из свежего винограда, а из кишмиша. Правда, тонкая пленка осадка не позволяла судить о качестве самого напитка, который, сохранившись до наших дней, обладал бы рекордной выдержкой.
Городская культура Парфиены и мобильные отряды вооруженных кочевников были той силой, на которую опирались царственные Аршакиды, создавая свою обширную империю. Здесь же, в коренных парфянских областях, располагалась и их первая столица. Возможно, таких столиц или царских городов было несколько. Так, сообщается, что первый Аршакид короновался в городе Асааке, названном так скорее всего именно в его честь (Аршак — Арсак — Асаак). В качестве парфянской столицы называется и город Гекатомпил, или «стовратный», вероятно, греческий перевод какого-то местного топонима. Наконец, в одном весьма достоверном источнике сообщается, что в городе, именуемом Саулое Парфаниса или Нисайя, расположены царские могилы. Позднее, с расширением парфянских владений, резиденция «царя царей» была перенесена дальше на запад. Первоначально это были Экбатаны (район современного Хамадана в Иране), а затем расположенный на берегах Тигра Ктесифон. Легко себе представить, насколько заманчивой является попытка отыскать первопрестольные города Аршакидов и как много для изучения раннепарфянской державы могли дать их раскопки. Такие попытки предпринимались неоднократно, притом с помощью самых различных средств. В 1937 году американский археолог Эрик Шмидт, уговорив одну состоятельную даму пожертвовать деньги на археологию, совершил ряд авиационных маршрутов над территорией Ирана. В частности, он пытался обнаружить развалины Гекатомпила. Но стовратный город так и остается пока недосягаемым для археологов. Иначе обстояло дело с городом царских гробниц — Нисой или Нисайей. То же имя носил в средние века довольно крупный город, неоднократно упоминаемый в источниках. Естественно, возникло предположение о тождестве древнего и средневекового названий. Вскоре стали известны развалины средневековой Нисы, дожившей чуть ли не до XVIII века. Эти руины располагались в 18 километрах к западу от современной столицы Туркмении — Ашхабада. Оставалось обнаружить под средневековыми напластованиями культурные слои парфянского времени. Это уже было делом археологов, которые и начали в 1930 году раскопки оплывших руин. Раскопки эти продолжаются и в наши дни, особенно успешно с 1946 года, когда они стали проводиться Южно-Туркменистанской археологической комплексной экспедицией. Почти сразу же были открыты парфянские слои. Оказалось, что бедная, лесистая и гористая Парфия таила в своих недрах поразительные сокровища.
Руины Нисы состоят из развалин двух городищ. Одно из них — Новая Ниса — было собственно городом, а другое — Старая Ниса — царской крепостью, где находились дворцовые и храмовые постройки, а также обширные хранилища и сокровищница. Пригороды Нисы еще в парфянское время были обведены глинобитной стеной, которая, однако, плохо сохранилась среди садов и виноградников селения Багир, расположенного сейчас на этой территории. В пределах этой округи местами высятся холмы — остатки усадеб или каких-то монументальных строений.