- Кроме того, каким скучным оно будет? Нет.
- Она говорила что-то о деньгах? - спросил я и почувствовал, как Валленкур снова дернулся, будто его прошибло током. - В бумажнике госпожи Вишневецкой были деньги. Наличными. Вы знаете об этом, господин Валленкур?
Валленкур молчал, исподлобья глядя на меня. Я терпеливо ждал, поглаживая пальцем по ободку включённой на запись Линзы.
- ...Да. - наконец произнес Валленкур. - Да, я знаю, о чём вы говорите, господин инспектор. Перед дежурством Хироко пришла необычайно радостная, а когда я спросил её, почему... она показала мне деньги. Пластиковые такие карточки... сто, пятьдесят, двадцать пять... - я кивком велел ему продолжать. - Я спросил у неё, откуда они, но она не ответила... сказала, что это секрет, и я выбросил это из головы. Там было много денег! Больше, чем Хироко получает в месяц. В три месяца! Тогда это было всё, что меня интересовало.
- Почему?
- Потому что это деньги. - безрадостно рассмеялся Валленкур. - Деньги! Господин инспектор, вы знаете, сколько я плачу за аренду этой квартиры?
Я кивнул в знак согласия. Учитывая, во сколько мне обходится аренда моей собственной квартиры, - а цены в Нойштадте немногим ниже ракунанских, - я вполне мог представить себе эту сумму.
- Но это были купюры. - заметила Фудзисаки.
- Даже если купюры. Их, конечно, сложнее было разменять, но это был только вопрос времени. Следующим вечером мы пошли в ресторан. - глаза Валленкура приобрели мечтательный вид. - Вы знаете, "Китч", это на проспекте Единения... Хироко никогда не водила меня в ресторан. Мы не могли себе этого позволить...
- Это были все деньги?
- Хироко сказала, что это был аванс. - пробормотал Валленкур. - Но не сказала, за что. Мы тогда решили, что этого нам хватит, чтобы... не знаю. Жить вместе? Искать новую работу? Она говорила, что уже подыскивала что-то...
- А вы? - спросила Фудзисаки. - Искали работу?
- Я хотел быть скульптором. - признался Валленкур. - Я же рассказывал вам, я и художку закончил... Но безвестному скульптору сложно заработать на жизнь, особенно если ему приходится работать с бытовым мусором... а качественные материалы стоят денег. Больших денег. Я если и работал, то только для себя... - он потупился.
Так вот отчего тут так пахнет принтером, подумал я. Видимо, Валленкур работал прямо сейчас, прежде чем его прервали.
- Госпожа Вишневецкая ничего вам не говорила про "Кафе Хайфиш"? - вслух спросил я, вспомнив про ваучеры в бумажнике Вишневецкой. Валленкур помотал головой:
- Н-нет, - сказал он. - Ни разу не упоминала.
- А куда госпожа Вишневецкая отлучалась утром двенадцатого? - спросил я.
- Не знаю, она мне не сказала... - пробормотал Валленкур, - но она сказала, что сядет на четырнадцатый троллейбус, поэтому... не знаю. - он покачал головой. Мы с Фудзисаки переглянулись: четырнадцатый троллейбус сам по себе ничего нам не дает, но если знать адрес кафе...
- Вы не помните, стыковался ли кто-нибудь к четвёртому стыковочному узлу в ночь с двенадцатого на тринадцатое марта?
- Четвёртому? - заморгал Валленкур. - Не помню. Я был внизу в полночь, а когда поднялся к Хироко... да нет, никто не стыковался, узел был свободен.
- И вы не обратили на это внимания. - уточнил я.
- Я точно помню, что когда я был там, узел был свободен. - повторил Валленкур. - Но я не знаю, какое это имеет значение: прыжковый грузовик так быстро не расстыкуешь...
- А что, если это был не грузовик, господин Валленкур? - спросил я.
- Бред какой-то. - помотал головой Валленкур. - Зачем стыковаться в Порту другим кораблям?
- Вы точно уверены, что не видели раньше этого транспондера? - я постучал пальцем по записке. Валленкур снова поднял её и уставился на написанное. Затем он помотал головой:
- Нет, - сказал он, - раньше я его не видел. Но я видел похожие... TC - это код Тау Кита, вы же знаете, там нейтральное пространство. Такие транспондеры -- временные, часто присваиваются вместе с постоянным... ну, чтобы не возникало вопросов, мало ли что. Тау Кита для этого очень удобное место. Кроме того, там штаб-квартира ИКСО... - он умолк. - Но это вам неинтересно, верно?
- Отчего же, господин Валленкур. - возразил я. - Вы очень помогли следствию. - я поднялся с табурета, но выключать запись на Линзе не стал. - Ещё одно. Вы не против, если мы осмотрим ваше рабочее место?
- Принтер? - заморгал Валленкур. - Да, конечно... Он здесь, в комнате... прошу прощения за беспорядок, я...
- Всё в порядке. - заверил его я, заглядывая в комнату.
Принтер обнаружился у стены, на низком столике: деловито работая лазерами и экструдерами, он вырезал из пластика что-то, отдаленно похожее на статуэтку. Судя по размерам, это был определенно не обыкновенный домашний принтер: размер рабочей зоны, в которой полыхали лазеры, был несколько больше. Пахло горячим пластиком. Натужно жужжали вентиляторы в корпусе принтера.
Я поднёс к принтеру Линзу; меню вылетело мне навстречу, и я пролистал список последних выполненных задач. Позади меня нервно переминался с ноги на ногу Валленкур. В другой ситуации его нервозность была бы подозрительной, но не сейчас: художнику позволительно беспокоиться за своё неоконченное творение.
Кроме того, размер рабочей зоны принтера всё равно не позволил бы напечатать здоровенный меч, разве что -- большой нож, но не обнаружилось и того. Я пожал плечами и оставил принтер в покое.
- Спасибо за сотрудничество, господин Валленкур. - кивнул я и прошёл в прихожую. - И ещё одно: госпожа Вишневецкая не оставляла вам никаких... личных вещей? Флешек, бижутерии, чего-то подобного?
- Оставляла. - ответил Валленкур. - Флешку. Она вам нужна? - я кивнул. - Подождите секунду, я принесу.
Мы прошли в прихожую и уже успели обуться, когда Валленкур вернулся; в руке он сжимал флешку -- длинный тонкий кристалл, по одному концу которого бежала прямоугольная вязь контактов. В старину такие носили вместо ожерелий и украшений: информация настолько важная, что её нельзя было доверить серверу или умной бумаге.
- Пожалуйста. - сказал он; я кивнул, принимая флешку.
- Ещё раз спасибо, господин Валленкур. - ответил я.
- Вам нужна помощь? - спросила его Фудзисаки. - У вас всё в порядке?
- Нет, - грустно проговорил Валленкур. - Но мне не нужна помощь, спасибо, госпожа инспектор. Только... вы же найдете убийцу Хироко, верно?
- Конечно. - серьёзно, и гораздо увереннее, чем на самом деле, сказал я. - Хорошего вам дня, господин Валленкур.
- До свиданья. - пробормотал Валленкур, и входная дверь, только что открывшись, снова закрылась у нас за спиной.
***
- Отправляйся в "Хайфиш". - сказал я Фудзисаки, когда мы вышли на посадочную площадку. Приближался вечер; в стремительно темнеющем небе над Инненштадтом светлячками вспыхивали улетающие люфтмобили. - Расспросишь их про Вишневецкую, посещала ли она их кафе, а если посещала -- то насколько часто.
- А адрес? - спросила Жюстина. Я вызвал карту:
- Минутку... набережная Швестерзее, 24. - я моргнул. - Погоди-ка, четырнадцатый же идёт прямо туда!
- Значит, Вишневецкая там точно была. - подытожила Фудзисаки.
- Похоже, что так. - кивнул я, забираясь в машину. - Но это упрощает твою задачу, разве нет?