Хуже того, перед фасадом Дворца собраний, прямо посреди площади Гегемонии, возвышалась здоровенная -- в натуральную величину -- верховая статуя Сацуко Мари-Сатурн Клериссо. Скульптор изобразила бывшую премьер-министра стоящей в люке боевого робота-драгуна, с мечом наголо в одной руке, пытливо вглядывающейся вдаль. Драгун, сжимающий огромную, под стать пятиметровому роботу, винтовку, так же зорко смотрел в противоположную сторону от хозяйки. Ноги робота, выраставшие из камня, были широко расставлены. Настоящая Клериссо никогда не ездила на драгуне, но скульптор хотела изобразить одиозную премьера наиболее внушительно -- и, похоже, добилась своего.
Жители Титана-Орбитального ласково называли получившуюся композицию (статуя и Дворец собраний позади) "Регулировщицей" или "Туда не ходи, там идиоты". Это всё, что вам стоит знать о чувствах жителей Титана-Орбитального к Конституционной партии.
За спиной Клериссо и её боевого робота нагло стоял, перегородив тротуар, омнибус патрульной службы; сами патрульные выстроились вдоль Дворца собраний и у самого входа. Синих мундиров городовых нигде не было видно. В кои-то веки мы среагировали первыми, подумал я, и смело зашагал к Дворцу. Две патрульных у входа попытались было заступить нам дорогу; я встряхнул левой рукой, и Линза выпала в мою раскрытую ладонь.
- Инспектор Штайнер, уголовный розыск. - представился я. Патрульные, козырнув, отступили, пропуская нас внутрь, в парадный зал Дворца собраний.
Высокий свод зала подпирали два ряда колонн из зелёного мрамора, увенчанные золотыми капителями. В дальнем конце зала поднимались вверх белые ступени лестницы, по которым вниз, на пол зала, сбегал зелёный, в тон колоннам, ковёр. Под потолком горели люстры; шторы на окнах зала были плотно задвинуты. По периметру шла отчёркнутая белым мрамором галерея.
Наверху лестницы висело обширное панно -- написанное маслом на настоящем холсте -- изображавшим подписание Конституции. Написано оно было во всю ту же романтическую Belle Époque Гегемонии, и у изображенных на картине людей было немного сходства с первыми сатурнианами. Не добавляли реалистичности ни изображение огромного сатурнианского флага -- тёмно-синего полотна с тёмно-красной азалией посредине -- ни богини Аматэрасу, с благосклонным видом взиравшей на основателей Гегемонии. Кроме того, что-то мне подсказывало, что Конституцию писали не на пергаменте.
Зал кишел полицейскими. Разумеется, совсем заполнить его нельзя было, но мы очень старались: всюду стояли или расхаживали патрульные, кто-то кучковался у колонн или посредине зала, а возле лестницы скучал отряд экспертной службы. Заметив их, я помахал рукой; эксперты помахали в ответ. В высшей степени неформально.
Кроме чёрных мундиров, тут были и несколько городовых; двое из них стояли спиной к нам, посреди зала, и о чём-то разговаривали с несколькими патрульными. Судя по цветам на погонах, из райотдела пожаловало высокое начальство. Неожиданно круг распался, видимо, заметив нас, и одна из патрульных шагнула вперед. Из-под края чёрного форменного берета выбивался непослушный золотистый завиток. На левой стороне груди блистала всеми цветами радуги Линза.
- Инспектор Штайнер? - на ходу поинтересовалась она. Я кивнул, и она протянула руку: - Инспектор Гейдрих, патрульная служба. Рада, что вы прибыли.
- Давно вы здесь? - спросил я, пожимая ей руку. Для людей одного звания это было не зазорно. Гейдрих пожала плечами:
- Получили вызов в семь часов. Были на месте в семь пятнадцать. - сказала она. - Доложили в Цитадель, они вызвали вас и инспектора Фудзисаки.
- Вы уже знакомы? - спросил я, глянув на Жюстину. Та покосилась на меня.
- Мы успели представиться. - снова пожала плечами Гейдрих и кивком указала на двух городовых, оставшихся поодаль. - Пока не прибыли наши... коллеги из городской полиции.
- Вы уже были на месте преступления?
- Ещё -- нет. - покачала головой Гейдрих. - Но я узнала имя жертвы.
- Мне вы этого не говорили. - вставила Жюстина.
- И кто жертва? - спросил я.
- Фрида Юкари Сэкигахара. - ответила Гейдрих. - Казначей Конституционной партии.
- Не наслышан. - ответил я, и это было чистой правдой. - А ещё кто-то из Конституционной партии здесь есть?
- Разумеется! - Гейдрих закатила глаза. - А кого ещё мне с городовыми пришлось увещевать, пока вы не прилетели?
Я виновато развёл руками. На лице Гейдрих промелькнула улыбка.
- Пойдемте, господа, - пригласила она, - я вас познакомлю. - она обернулась и прошествовала к ожидавшим городовым. - Госпожа суперинтендант, это инспектор Штайнер и инспектор Фудзисаки, уголовный розыск.
- Очень приятно. - отозвалась одна из городовых и шагнула вперед. - Суперинтендант Лефевр, Меакский райотдел городской полиции. Это, -- она кивнула в сторону своей спутницы; хвост вьющихся тёмно-синих волос качнулся за её спиной, - моя заместительница, старший инспектор Казанцева-Мунэмори.
- Почтён знакомством, госпожа суперинтендант. - ответил я и коротко поклонился им. Лефевр ограничилась вежливым кивком. С Казанцевой-Мунэмори мы с Жюстиной обменялись рукопожатиями -- по её инициативе. Ростом заместительница была на полголовы выше начальницы, с коротко стриженными светлыми волосами: полная противоположность.
- Итак, - покончив с любезностями, перешла к делу Лефевр, - вы, инспектор Штайнер, ведёте это расследование?
- Скажем так, - дипломатично ответил я, - это убийство может иметь прямое отношение к делу, которым мы занимаемся. А может и не иметь.
- Вы не о мёртвом гайдзине из Акинивы, случаем?
- Боги упаси. - ответил я. - Нет, это другое расследование. Но если нас вызвали сюда, то, что ж... - я пожал плечами.
- Будем надеяться, вы разберетесь с этим. - кивнула Лефевр. - Из-за вчерашнего происшествия у нас, - под "нами" она определенно имела в виду городовых, - и без того хватает проблем. А равно и ненужного внимания. - она покачала головой. - Убийство функционера Конституционной партии нам совершенно ни к чему.
- Для этого и существует Национальная полиция. - напомнила Гейдрих. У Лефевр нервно дёрнулась бровь от такого безапелляционного заявления. Городовые Титана-Орбитального были свято уверены, что Национальная полиция существует исключительно затем, чтобы лезть в их юрисдикцию и всячески путаться под ногами. В свою очередь, многие в ГУМВД точно так же были уверены, что городская полиция хороша только гоняться за хулиганками и снимать котов с деревьев, и Гейдрих только что им об этом напомнила.
В Гегемонии существуют десятки орбиталищ, где муниципальные полицейские имеют все полномочия и работают без вмешательства МВД; но Титан-Орбитальный -- особый административный округ, и городской полиции приходилось, волей-неволей, сосуществовать с Национальной полицией. Со всем, что из этого следовало.
- Так а что произошло? - спросил я. - Кто обнаружил тело?
- Насколько я поняла, сотрудники штаба, - ответила Гейдрих. - Они вызвали полицию, - причём, насколько я мог понять по количеству мундиров, вызвали именно нас, - и заодно какую-то партийную начальницу. Собственно, мы с суперинтендантом Лефевр недавно имели с ней весьма продолжительный разговор.