Раздался оглушительный чихающий звук, и транспорт тряхнуло; сирена замолчала. И тут же заревела вновь.
- Восемь часов!!! - транспорт рванулся в сторону, снова чихнув. Сирена теперь ревела постоянно. - Нас освещают лазерами, шесть источников!!!
- Так найди мне их!!! - зарычала Королева. Транспорт замотало из стороны в сторону и рвануло вверх; Эмиль резко набрал высоту. Нос машины развернулся в сторону одного из домов -- высокой башни в углу площади, напротив сквера. Лобовой экран вспыхнул красным; его целиком заполнила белая рамка вокруг стремительно растущей яркой точки. И не одной.
Ракеты, отрешенно подумал я, ракеты. Противотанковые ракеты.
Эмиль смахнул ещё две из них; чихающие звуки оказались выстрелами активной защиты, сбивавшей ракеты на подлёте. Он рванул штурвал вправо, и ещё две ракеты ушли мимо, не сумев поймать слишком быструю цель. Палуба под ногами вздрогнула; зажужжал, разворачиваясь, лафет пушки.
Транспорт выстрелил. Очередь разорвала ночное небо, врезаясь в фасад дома по диагонали, на уровне верхнего этажа. Наружу брызнуло облако дыма и пыли.
- Четыре часа!!! - заорала Королева.
Транспорт развернулся, не прекращая стрелять. Активная защита кашлянула ещё несколько раз, и с экрана исчезло ещё две ракеты. Очередь ушла в молоко; снаряды исчезли где-то в небе. Ещё один разворот -- протяжный вой сирены -- и машина камнем рухнула вниз, пропуская новые ракеты над собой.
Разворот. Подъём. Очередь. Чихающий выстрел активной защиты. Фюзеляж затрясло; одна из турбин вдруг загремела и загрохотала.
И затихла.
- Не дотянем! - выкрикнул Эмиль, перекрывая гудение приборной панели и завывания сирены. - Теряем высоту!!
- А-а-а, блядь, сажай нас! - заорала в ответ Королева. - САЖАЙ!!!
Транспорт, дрожа и дёргаясь всем фюзеляжем, резко пошёл вниз. Натужно завыла оставшаяся турбина, пытаясь замедлить падение, но заглохший импеллер из подспорья превратился в обузу, не давая выровнять транспорт. Я поймал испуганный взгляд Минадзуки; она отчаянно держалась за сетку на потолке и широко расставила ноги, стараясь не упасть и не размазаться по соседней переборке.
Я выдернул штекер рации из разъёма и схватился рукой за петлю сетки, пытаясь встать, и тут сирена оглушающе заревела.
В транспорт словно ударило огромным молотом, швыряя машину в воздухе, как детскую игрушку. Меня сорвало с ног и швырнуло в переборку; левая рука вспыхнула ослепительной болью. Я заорал и не услышал собственного крика в рёве сирен и протяжном свисте воздуха вокруг. В ноздри ударил запах озона.
- ...ыгать!!! - раздался в наушниках голос, - ВСЕМ ПРЫГАТЬ!!!
Транспорт накренился, и я распластался на потолке. Минадзуки оказалась рядом: она что-то кричала, хватаясь за сетку, но я не слышал её. На лобовом экране кабины была статика и пылающее агатовое зарево тревоги, свист всё усиливался, и за ним не было слышно даже сирен и рации.
- Шлем!! - закричала Минадзуки. - ШЛЕМ!!!
Шлем?! Я схватил болтавшийся ремешок, неумело застегнул его и моргнул, захлопывая забрало. Свист ветра, запах озона и шум оставшейся турбины как ножом отрезало.
А затем транспорт камнем ударился об землю, и меня поглотила темнота.
***
- ШТАЙНЕР!!! ШТАЙНЕР!!!
Очнуться в горящем транспорте и обнаружить, что тебя придавило обломком -- незабываемое ощущение. Настолько, что оно твёрдо намеревалось преследовать меня по ночам. Вокруг меня свистело и бушевало пламя -- топливо из пробитых баков огненным столбом било в воздух, и огонь охватил уже весь остов разбившейся машины.
Впору было паниковать. В броне уже было нестерпимо жарко, но с одной рукой я не мог даже сдвинуть придавивший меня обломок, не то что выбраться из-под него. Одно было хорошо: ничего нового я не сломал.
В бронекостюме это было сложно.
Из пламени, вертя головой по сторонам, вдруг возникла чёрная фигура. Непроницаемое забрало развернулось ко мне.
- ШТАЙНЕР!! Нашла его! - я узнал голос Минадзуки. С сердца словно свалилась железобетонная плита.
Кусок переборки, рухнувший на меня, Валерия отбросила легко, как пушинку. Затем она так же легко сгребла меня в охапку, рывком поставила на ноги и потащила прочь, в бушующее пламя. На секунду стало нестерпимо жарко - мне показалось, что одежда под доспехами начинает плавиться -- но в следующую секунду мы были уже снаружи.
Дождь молотил с удвоенной силой. Искусственная стихия будто бы ополчилась на пожарище.
- ...Спасибо, - выдавил я. Минадзуки отпустила меня.
- Пойдём. - сказала она и взяла меня за руку.
Команда Два-Один собралась поодаль от пылающего транспорта. Огненный столб водорода загораживал от них громаду Домпрома, чёрной тенью высившуюся вдали. Без освещения площадь Единения была абсолютно, непроглядно чёрной; даже отсветы пожарища отступали перед окружавшей нас темнотой.
Спецназовцы были во всеоружии. Карабины они держали наизготовку, а в руках Бланк покоился пулемёт. Их броня даже не закоптилась от жара, сохраняя свой сине-серый камуфляжный окрас. В темноте синие пятна казались почти чёрными.
- Живы, инспектор? - выступив вперед, полюбопытствовала Королева. Её забрало окинуло меня с головы до ног; камеры на нём блестнули в отсветах пламени, как глаза какого-то железного насекомого. - Мы уже начали беспокоиться.
- Его придавило обломком. - ответила вместо меня Минадзуки. - Инспектор бы не выбрался без посторонней помощи.
- Чёрт. - пробормотала Королева. - Ну ничего, инспектор, не беспокойтесь: в таком скафандре из эпицентра ядерного взрыва можно выйти, не то что из костра...
- ...И потом три года вычищать из организма половину таблицы Менделеева. - добавила из-за её спины Мидори.
- Сержант, что я говорила насчёт умничания не по делу?
- Заткнуть пасть и не отсвечивать, госпожа командир!
- Вот и заткнись. - Королева снова обернулась ко мне, удостовериваясь, что я в порядке. Так и было: под дождём бронекостюм быстро остыл, но мои туфли теперь промокли насквозь. Огонь и жар не пошли им на пользу. - Две минуты на передышку и идём дальше.
- Куда? - спросил я. - Как? Нас, если что, только что сбили. А если так, то они могут спокойно простреливать и площадь. А у них есть гранатомёты.
- Инспектор, - спросила Королева, - со всем уважением, но кто командует этой операцией?
- Госпожа Минадзуки. - тут же ответил я. - И я уверен, что она со мной согласится. Так куда, - с нажимом повторил я, - мы идём?
Вместо ответа Королева шагнула ко мне.
- Послушай, ты... - начала она и вдруг осеклась. Моя рука сама собой легла на рукоять меча на поясе. Не пистолета и даже не оставшейся дома Линзы, а меча.
Которым я даже не умел пользоваться.