Кристиан уверенно вёл машину по широкой трассе между холмов и пустошей. Населённых пунктов становилось всё меньше, а дорога неумолимо сужалась. Зато первозданная природа поражала своей мощью. Неужели ещё остались такие места, не изуродованные стеклянными небоскрёбами и ядоизрыгающей промышленностью? Даже воздух тут был другой, густой, свежий, пьянящий, как хорошее испанское вино. И это была Родина его предков. Кристиан вдруг почувствовал нереальную радость в душе и гордость от ощущения своей причастности к этой загадочной стране. Что-то влекло его всё дальше и дальше. Крис увеличил скорость. Он должен быстрее попасть в Тулун, в местечко, которого даже на карте нет. Что это? Зов предков? Необходимость выполнить какую-то миссию? Долг?
Когда машина въехала в Инвернесс, уже смеркалось. Нужно было найти гостиницу и переночевать, но Крис только перекусил в маленьком кафе на заправке и залил бак под завязку. Он решил продолжить путешествие. Чем ближе он приближался к цели, тем большую силу набирало в нём какое-то странное чувство. Если бы Крис был нежной барышней, то назвал бы это чувство томлением или предвкушением чего-то важного. Он сел за руль, и тут увидел замок. Грандиозное сооружение утопало в туманной дымке и надвигающихся сумерках. Луна то пряталась за тучи, то опять появлялась на небосклоне. Ветер усилился. Кристиан вышел из машины и попытался выровнять дыхание, которое вдруг стало частым и поверхностным. Сердце билось так, что, казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку и вырвется наружу. Крис ослабил галстук и попытался взять себя в руки. Безуспешно. Он готов был поклясться, что видел этот замок, эту луну и эти туманы когда-то давно, возможно даже в другой жизни. Сев в машину, он откинулся в кресле и достал бутылку минералки. Кажется, отпустило. Мужчина повернул ключ в замке зажигания. Чертовщина какая-то!
Обогнув город с севера, он выехал на просёлочную дорогу, которая шла через лес. Вековые деревья соприкасались кронами где-то у облаков, образуя таинственные арки. Мелкий дождь, барабанивший по лобовому стеклу, перешёл в ливень, а потом небеса разверзлись, и ледяной поток обрушился на одинокий автомобиль, мчавшийся по лесной дороге. Дворники не справлялись. Крис нажал на тормоза. Придётся остановиться, переждать непогоду. Он даже не заметил, как заснул под протяжную шотландскую песню, доносившуюся из магнитофона.
Огромные голубые глаза смотрели на него открыто и доверчиво. Золотые локоны свободно спускались по плечам и доходили до пояса девочки. Он протянул руку, чтобы вынуть из этих чудесных волос засохшую веточку, и чуть не вскрикнул, увидев, что его рука закована в железную перчатку воина. Девочка кокетливо улыбнулась.
― Ты кто, благородный рыцарь?
Ему стало смешно.
― Отвечай, когда тебя спрашивает леди.
Девочка топнула ножкой и сморщилась от боли.
Он снял шлем и железные рукавицы и, усадив ребёнка на пень, осмотрел крошечную ножку. Тонкая подошва туфелек размокла так, что пальцы ребёнка вываливались в образовавшуюся дыру. Один из них был порезан. Струйка крови, смешанная с грязью, текла на стопу.
― Ты поранилась, малышка. Надо обмыть рану, чтобы она не воспалилась.
Девочка сжала руку в кулак и пнула его в ухо.
― Не смей называть меня малышкой.
― А как тебя называть?
― Я леди, леди Диана.
Он привстал и весело поклонился.
― Приветствую Вас, леди Диана! Но палец всё равно придётся помыть.
Он махнул воину и тот через минуту принёс в шлеме ключевой воды. Взявшись за край нижней юбки девчушки, он оторвал длинный лоскут и намочил его.
― Ой, что ты делаешь? Ты испортил моё платье. Мама будет сердиться.
― И кто твоя мама?
Девочка приосанилась.
― Леди Элеонора Деверо.
Мужчины, окружившие их плотным кольцом, переглянулись.
― Дочь графа Деверо бродит одна в лесу? Что-то слабо в это верится.
Он закончил промывать рану и плотно обмотал палец куском сухой ткани.
― Но это так, сэр. После смерти отца, король предложил нам с мамой пожить в Инвернессе. Я часто тут бываю, и мне тут нравится. Сегодня все уехали на охоту. Я тоже оседлала Оливию. Мы поехали следом, но Оливия сбросила меня, и я заблудилась.
― То есть, в замке никто не знает, что ты исчезла?
Диана пожала плечами.
― Им всем не до меня.
― Что мы будем с ней делать? ― спросил один из воинов.
Рыцарь выпрямился.
― Я отвезу её к матери.
Старый шотландец подошёл к нему вплотную.
― К матери? Да ты хоть понимаешь, что нам в руки попала дочь самого короля? Хотя она и незаконнорожденная, но, говорят, что Карл просто обожает девочку.
― Тем более надо вернуть её. Неприятностей с нас довольно.
Он подхватил девочку, словно пушинку, и легко впрыгнул в седло.
― Сколько Вам лет, миледи?
― Десять. Скоро я стану взрослой и выберу себе мужа.
― Думаю, это будет какой-нибудь герцог или граф.
Мужчина медленно тронул коня, развернув его к замку.
― Не угадал. Я выйду замуж за благородного разбойника, вроде тебя, МакГрегор!
Он вздрогнул.
― С чего ты решила, что я разбойник, и почему назвала меня МакГрегором? Я Эдвард Грант.
Девочка повернулась так, чтобы заглянуть в его синие глаза.
― Моя няня Ребекка как-то сказала, что МакГрегоры могут назваться хоть горшком, но они всегда останутся МакГрегорами. А дамы шептались, что могли бы забыть о семейной чести, в объятиях этих очаровательных разбойников. А прачка Дана говорила, что у всех МакГрегоров удивительно синие глаза и крохотная ямочка на подбородке.
Она провела тонкими пальчиками по его заросшему щетиной лицу.
― А ещё говорят…
― Хватит. ― Он развернул малышку к себе спиной и пришпорил коня. ― Воспитанные маленькие леди никогда не собирают сплетни прислуги, и тем более, не подслушивают, о чём шепчутся взрослые дамы.
Девочка фыркнула.
― Но я же где-то должна получать информацию? А сплетни не рождаются на пустом месте.
Вдалеке показались очертания замка. Он поднял руку и приказал своим воинам оставаться в тени леса, а сам пришпорил вороного жеребца и помчался во весь опор. Ворота были широко открыты, а во дворе царила суматоха.
― Это они меня ищут. ― Девочка самодовольно надула пухлые губки.
Он молча проехал в замок и остановился на булыжной мостовой. Все звуки куда-то исчезли. Люди замерли в гробовом молчании, окружив всадника и его маленькую спутницу. Он легко соскочил с коня и снял ребёнка. Толпа расступилась, образуя широкий проход. Надо же! В первый раз он видел короля, да ещё так близко. И удивился, что правитель был невысок и худощав. Карл шагал к девочке широкими пружинящими шагами со смешанным выражением злости и радости на суровом мужественном лице. Первым порывом было защитить это непоседливое создание от гнева Его Величества, но король не гневался. Он опустился перед девочкой на колени и крепко взял за плечи. Следом подбежала молодая дама. Она была прекрасна, как богиня. Золотые волосы были уложены в затейливую причёску, в огромных небесно-голубых глазах стояли слёзы. Она опустилась на колени рядом с королём и нежно обняла ребёнка. Леди Элеонора! Самая красивая женщина королевства, фаворитка короля и мать его внебрачной дочери.
Он хотел уйти незамеченным, но Карл дал знак остановиться.
― Чего ты хочешь, МакГрегор? Ты спас Диану, и теперь я твой должник.
― Я не МакГрегор. Я Эдвард Грант.
Карл усмехнулся.
― Ты из той самой ветви, которую приютили Гранты? Так чего ты хочешь?
Он с достоинством поклонился.
― Мира и процветания для Шотландии. Это моя единственная мечта.
Король кивнул и знаком дал разрешение ему удалиться. Но он запомнил юношу. Карл редко что забывал.