«Когда я пытаюсь понять, почему девять традиций ниндзюцу сохранились в течение более чем тысячи лет [Хацуми выводит корни ниндзюцу из X–XI веков. – Д. Ж.], то думаю, что очень важным было то, что каждый сокэ или глава рода, достигший просветления, передавал свой опыт ученикам. Предки ниндзя, рисковавшие жизнью, достигли просветления. Их жизненный опыт стал правилами ниндзя. Ниндзя изобрели правила, необходимые для получения благословения свыше. Правила созданы естественным путем и могут быть приспособлены к условиям современного мира. Благодаря им можно осознать «ёдзицу тэнкан хо», или правильную взаимосвязь истины и обмана, через занятия нинпо [то же, что и ниндзюцу. – Д. Ж.]. Эти правила подобны семи путям и трем направлениям способов маскировки ниндзя. Семь секретов маскировки плюс три в сумме десять. Десять – счастливое число, отгоняющее зло.
Цели ниндзя таковы.
Во-первых, с помощью ниндзюцу пробраться во вражеский лагерь и выяснить обстановку. Могут быть разработаны планы неожиданной атаки или разжигания внутренних раздоров. Ясно, что у нас нет выбора, кроме борьбы за победу в случае, если враг предпринимает определенные действия против нас. Но в нормальных условиях мы начнем действовать сами, чтобы добиться успеха. Здесь я говорю о вражеском стане, как о чем-то конкретном, но хотел бы подчеркнуть, что можно найти врага и в природе, и в душах других людей. Ко всему прочему, защищать свою страну и себя – это гражданский долг, необходимый для сохранения мира.
Во-вторых, ниндзя должны служить стране и ее правителю на основе духа справедливости и развивать в своих душах любовь к учителю и родителям. Они не должны использовать ниндзюцу для личной наживы, страсти иди развлечения. При защите справедливости важно помнить о том, что справедливость вражеской стороны зачастую неправильно интерпретируют, не считая справедливостью. Нас учат уважать учителей и родителей. В Японии говорят, что связь между родителем и ребенком длится одно поколение [т. е. перевоплощение. – Д. Ж.], между мужем и женой – два поколения, а между учителем и учеником – три. Это подчеркивает глубину нашего долга учителям и важность уважения и помощи. Я бы хотел рассказать о себе сейчас, спустя пятнадцать лет после смерти сэнсэя Такамацу. Мои ученики выросли, и я чувствую, что сейчас действительно могу назвать их учениками. Японская пословица рекомендует ходить в метре позади учителя и не наступать на его тень. Одно время я считал, что пословица учит нас ступать по стопам учителя, но держать дистанцию, чтобы не проявлять неуважение. Но в действительности мы не можем наступить на чью-то тень, потому что тень всегда поверх ноги, хотя мы и думаем, что наступили на нее. Тени учителя, его наставника и его же ученика – похожи. Много раз, занимаясь у сэнсэя Такамацу, я чувствовал, что постоянно наступаю на его тень. Но после глубокого размышления, я пришел к выводу, что в действительности я не наступал на его тень. Ко мне приходит много учеников. Некоторых радует множество учеников, но не меня. Это потому, что, независимо от числа моих учеников, главное – правильно передать им мой дух. Если нет такой передачи духа – можно считать, что учеников нет совсем. Даже если вы занимаетесь развитием духа всю жизнь, ваши достижения в духовном пробуждении (без просветления) ограничены. Достигнутое вами уместно сравнить с вершиной айсберга. Я имею в виду, если вы видите слово «воздух», то это не значит, что вы понимаете, что это такое. Есть люди, неспособные достичь духовного пробуждения, даже если бы пытались в течение всей жизни. К тому же некоторые осознают свою неспособность достичь просветления.
Духовное пробуждение не связано с количеством времени, затрачиваемого на тренировки. Зал для тренировок по буддистским понятиям – место, где Шакьямуни стал Буддой. Тренировочный зал – это не просто участок земли или помещения, это место для работы над просветлением.
В Японии был известный монах [и замечательный поэт. – Д. Ж.] по имени Рёкан. Он всегда играл с детьми. Однажды, увидев, что ростки бамбука стали прорастать через пол его дома, монах проделал в полу отверстия для побегов. Говорят, он даже проделал отверстия и в потолке, когда бамбук подрос. Дальнейший рост бамбука привел к разрушению дома. У Рёкана никогда не было ни тренировочного зала, ни учеников.
Другой буддистский священник по имени Тосуй имел большой зал для тренировок и много учеников. Однако говорят, что он оставил свой тренировочный зал и стал нищим. Он соединился с простым народом и учил на улицах.