- Итальянская кухня такая разнообразная, - чуточку смущенно улыбнулась Гермиона, - столько различий. Знаете, в других странах мало что знают. Спагетти, пицца, лазанья, ризотто. И соусы с приправами, конечно. А тут столько всего.
- Бывает, что в соседних деревнях хлеб по-разному пекут, - добродушно рассмеялась синьора Джованна, - а сколько семейных рецептов и секретов, что от матери к дочери передаются!
- Урожай-то оценили? – поинтересовался синьор Гварнери.
- Оценили, - кивнул Марчелло, - похоже, будем с вином. До пресса, правда, еще не дошли.
- Не хочешь продавать? – прищурился прадедушка.
- Первый урожай, - Марчелло улыбнулся, - я бы большую часть вообще сохранил, чтобы угощаться по большим праздникам. Как думаешь, Гермиона? Сохраним? А потом и продавать можно будет.
- Сохраним, - кивнула Гермиона, - чтобы угостить всех друзей, а потом понемногу пить на праздники. Прекрасная идея.
- Марче с виноградником справится, - улыбнулся синьор Гварнери, - сам учил. И я помогу, если что. А ты как? Справишься с хозяйством? Не будешь по городу скучать?
- Мы договорились, что учиться будем, - ответил Марчелло.
- Учиться и учить других, - решила поделиться Гермиона, - Валерио, то есть принц Боргезе, и его братья мою идею поддержали. Мы организуем школу для сквибов. Ведь они многое могут: руны, расчеты, некоторые зелья. Растения не самые сложные в уходе. И добавим маггловские предметы. Школа с расписанием уроков для детей, а для взрослых можно устроить факультативные занятия.
Новые родственники потрясенно переглянулись.
- А потянете? – спросил синьор Гварнери. – Разве это женское дело?
Марчелло быстро накрыл руку жены своей.
- Гермиона отлично учит меня и моих друзей, - сказал он, - у нее все получится. Она же не в одиночку этим займется. Такая поддержка. Это ведь просто счастье, когда у тебя получаться начинает то, о чем раньше и не мечталось!
- Пусть попробуют, - сказал дедушка Тоцци, - вон как с этой учебой хорошо получилось. Марче и жену нашел, и виноградник они получили. Нужно помогать другим. Глядишь, еще что хорошее получится.
Синьор Гварнери покачал головой, но спорить не стал.
Чилли и Челли, которых позвала Гермиона, шустро разложили запасы продовольствия по зачарованным ларям и ящикам.
- И домовики есть? – удивился Гарри.
- В таком месте их не могло не быть, - улыбнулся дедушка Тоцци, - раз уж Хранитель есть. Много хорошей магии.
- Разве бывает плохая магия? – спросила Гермиона.
- Магия не бывает ни плохой, ни хорошей, - ответил синьор Гварнери, - это места разные. Представь себе, что магический прорыв происходит в месте, где погибло много людей, особенно, если это старые жертвенники, где совершали темные ритуалы с убийствами. Вот там многим будет плохо. Это только говорят, мол, хорошая магия или плохая, чтобы не объяснять долго.
Гермиона кивнула.
Потом они осматривали винодельню. Да уж, Гермиона в очередной раз убедилась, что для крестьян земля и производство намного важнее дома. В старом жилище царило запустение и резвились докси, а тут словно бы работники только что ушли. Довольно большой пресс был сделан из деревянных пластин, которые позволяли выдавленному соку вытекать в специальные емкости. Сверху располагался мощный винт.
- Поэтому корзинчатый, да? – спросила Гермиона у Марчелло.
- Да, - сказал он, - сам виноград насыпают сюда, это как большая корзина, а сверху давит пресс.
Гермиона кивнула. Конечно, люди всегда придумывали разные механизмы, чтобы облегчить тяжелый труд.
У Гарри загорелись глаза. Он буквально засыпал вопросами новых и старых знакомых. Ему подробно отвечали. Гермионе тоже было интересно послушать. Сколько тонкостей в таком, на первый взгляд простом деле. Значение имело буквально все.
- Даже хороший виноград можно испортить, - объяснял синьор Гварнери, - тут важны не только знания и навыки, но и чутье. Вот Марче и сдаст экзамен, узнаю, не зря ли я его учил. Попробуем его вино.
А в винном погребе нашлись не только пустые бочки.
- Mamma mia! – пробормотала синьора Джованна. – Это какая же выдержка? Или все испортилось? Вот жалость будет!
- Заклято на совесть, - проверил синьор Гварнери.
- Даже странно, что хозяин не продал, - проговорила Гермиона, - хотя… ему, наверное, и деньги уже не нужны были. Главная ценность – земля, это я уже поняла.