- Фу, ну ты меня и напугал. Я вообще сначала подумал, что ты коньки откинул, - растерянно начал он, - И потом, вдруг вы снова поменялись?
- И куда, по-твоему, я должен был попасть? В труп?
- Не знаю. В астрал может? Просто тебя так затрясло сильно, глаза закатились и ты притих. Я от страха чуть не обделался. Что с тобой произошло, ты что-нибудь вспомнил?
- Вспомнил, гораздо больше, чем был готов.
Пока шли по кладбищу, я заметил небольшую церквушку, скрывавшуюся в ветвях лип. Кстати, вы обращали внимание, какие большие деревья на старых погостах? Страшно подумать, что служит им удобрением. Я на секунду представил себя, лежащего в темной сырой могиле, разлагаемого плесенью и червями до компоста, а корни высасывают из меня все соки. Б-р-р-р. Даже думать противно. После того, что накануне произошло со мной, назовем это «провидением», поверьте, мне очень хочется жить. Я даже дышать стал глубже, втягивая в себя все ароматы летнего леса и цветов. Все кругом благоухало жизнью. Природа из года в год перерождает себя в новом цикле, жаль такого не дано людям. Все мы смертны и никому неизвестно, когда начнется и когда закончится наш невечный жизненный путь.
Но что-то в момент изменилось в этом распорядке под действием непреодолимой силы или деяниям свыше, некто дал мне, пусть своеобразный, нереальный, не поддающийся понимаю, но шанс. И я должен, я обязан им воспользоваться! Нужно прожить достойно эту жизнь, сомневаюсь, что, в случае чего, у меня будет еще попытка. А Андрея мне искренне жаль, своей глупостью он слишком дорого поплатился. И если бы не появился я, кто знает, чем все закончилось. Родители уже далеко не молоды, справилось ли их истерзанное сердце с такой болью?
Оставив Пашку ждать меня у входа, я зашел в церковь. Внутри прохладно и приятно пахло ладаном. Небольшие окошечки, расположенные почти под потолком, с трудом пропускали солнечный свет. Стены усыпаны множеством икон, больших и маленьких, все они изображали лики святых, с печальными лицами и светлыми ореолами вокруг голов.
Судя по всему, недавно проходила служба. Пожилой священник, с длинной седой бородой и черной рясой, аккуратно вытаскивал оплавившиеся остатки воска из позолоченных подсвечников. Его движения были тихи и неторопливы, умиротворенный взгляд, безмолвный и спокойный, словно он знал все тайны мира, сам став их частью.
- Здравствуйте святой отец.
- И тебе мира сынок.
- Скажите, а куда мне можно поставить свечку?
- За здравие?
- За упокой, - нерешительно ответил я.
- Вон, подсвечник у распятия.
Я зажег огонек и перекрестился.
- Скажите, а что случается с людьми, кто покончил с собой? То есть, с их душами?
- «Проклят пред богом каждый повешенный на древе, претерпевший же до конца спасется», - процитировал батюшка слова из Писания. - По церковным канонам самоубийц не отпевают, они так и будут неприкаянными, ибо согрешили, убив себя, и не могут покаяться, ибо мертвы. Иисус сказал ученикам своим: - Если кто хочет идти за Мною, отвергни себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною". У каждого христианина есть свой крест, через который, мужественно, уповая на Бога, мы получаем спасение. Мы воспринимаем этот крест, не как преднамеренное мучение злого и несправедливого бога, но как орудие нашего совершенства, как огонь, превращающий кусок руды в твердую сталь, как шлифовальный станок, превращающий тусклый бесформенный алмаз в сверкающий бриллиант. А тот, кто умертвляет себя, отвергает бога и веру в целом, бросая свой крест.
- Неужели даже для детей нет исключения? - удивился я.
- Дитя мое, все мы равны в глазах всевышнего: стар ты или млад, беден, али богат.
Я не был не атеистом, не набожным, считая, что бог, есть не что иное, как любовь, живущая во мне. Но в эту минуту, находясь у распятия, уверовав, прошептал несколько слов Творцу, поблагодарив за помощь. Покаялся о прошлом, за себя и Андрея, в надежде, что тому зачтется. Попрощался с батюшкой и ушел, определив для себя ближайший план действий.
В первую очередь необходимо забрать спрятанные деньги. Они хранились в тайнике подсобки ремонтного бокса автосервиса «Бамперок», так как банковская система не вызывала у меня доверия. На работе я находился частенько и ключ все время был при мне. Это сейчас, как нельзя кстати, вскрыть дверной замок куда проще, чем ячейку в хранилище, уже не говоря о снятии средств со счета, не имея на то документов. Дома прятать было тоже не вариант, Марина в любой момент могла найти, пакет-то не маленький. Платили далеко не новыми пятисотками евро, а чем приходилось, порой и рублями. Она знала, что я коплю деньги, но не догадывалась сколько времени. По ее подсчетам вполне хватило бы сыграть свадьбу и быть может, съездить на море. А не хватало самую малость, несколько дел и можно купить неплохую двушку, где-нибудь в новостройке пригорода. Это был для нее сюрприз.