«Все предложения достойны хотя бы поверхностного рассмотрения, чтобы что-то ценное не было бездумно отвергнуто». Он бросил острый взгляд на Вашона, потом снова на новых посетителей. Его манеры, подумал Флинкс, были почти любезны. Нет, это неверная интерпретация, сказал он себе. На Брун была профессионалом. Тщательный. По крайней мере, так казалось. Как он ни старался, Флинкс все еще не мог совладать с бульоном эмоций Хобака.
«Что касается доверия, то в этом я верю, что я знаю больше, чем т-ты, ибо, хотя я не знаю, как это случилось, это произошло, и это случайное стечение обстоятельств, о котором я буду говорить, наводит м-меня на мысль, что я могу в некоторых вещах полагайтесь на честность этого человека. Он еще раз указал, на этот раз на Вигла, а затем на Флинкса. «Хотя эт-этот посетитель из другого мира и человек, как и ты, н-он также каким-то образом стал чем-то вроде Ларджесса, потому что, как и его компаньон, н-он носит метку зерегойна».
Взгляд Вашона сузился. — Ты имеешь в виду… ты говоришь об этой отметине на его лбу? На их лбы? В своем удивлении и спешке он забыл использовать правильную певческую речь. Приспешник Хобака нахмурился от такого унижения. На Брун проигнорировала это.
— Зерегойцы — искренняя и заслуживающая доверия фракция, решительно верующая, и хотя я не разделяю их идеологию, предпочитая, как я, жизнь на суше, похоже, что они сделали, этот соотечественник у-твой, один из своих. В таком случае я могу сделать не меньше, чем, по крайней мере, рассмотреть его предложение и обдумать варианты, которые он представляет Минорду. Откинувшись на спинку стула, вынужденный из-за своего физического уродства наклониться далеко вправо, он посмотрел на Флинкса черными глазами, полными напряженного размышления.
— До тех пор, пока я не приму решение, касающееся не только т-вашей судьбы, но и всех заинтересованных сторон, т-ты будешь м-моим гостем. Разрешено свободно бродить, но в разумных пределах, зная, что за тобой будут наблюдать и за твоими действиями будут следить.
Широко расставив только одну руку, так как другой нужно было держать трубку Пипа, Флинкс выразил свое удовольствие, не показывая облегчения. Его гамбит окупился — пока. Он выиграл немного времени. Возможно, рано или поздно Хобак решит, как реагировать на то, что он воспринял как искреннее предложение. Прежде чем это произошло, Флинкс знал, что ему придется принять меры. Не только для того, чтобы защитить себя и Вигла, но и для того, чтобы освободить Придира аниса Ли и разобраться с Вашоном, чье эмоциональное состояние, несмотря на ярость, видимую на его лице, необъяснимым образом оставалось для Флинкса пустым, как бы он ни старался проникнуть в него.
16
■ ■ ■
Хобак из Минорда, хоть и был физически поврежден и несколько психически неуравновешен, сдержал свое слово. Флинксу и Виглу были выделены помещения, и им разрешили управлять беспорядочной коллекцией соединенных зданий, которые вместе были известны как мэрия. Некоторые разрезы показали признаки большого возраста, особенно те, которые граничили непосредственно с близлежащим океаническим заливом. Другие были более современными, отражая успехи, достигнутые ларианскими расами с тех пор, как они полностью вышли из моря. Там была сеть труб, приводившихся в действие сжатым воздухом, которые посылали свитки между офисами, рудиментарная система оповещения, основанная на тросах и звонках, холодильное оборудование, в котором использовался лед, хранящийся под частью комплекса, и многое другое. Достаточно, чтобы указать, что Ларджессу не хватило всего одного или двух шагов до открытия и использования паровой технологии и еще несколько шагов до изучения преимуществ электричества.
Союз литов, который мог бы претендовать на ассоциированное членство в Содружестве, легализовал бы помощь извне и значительно ускорил бы такое развитие, не нанося ущерба социальной структуре. Рассчитанное запутывание Фелелага на Бруна могло только задержать это естественное развитие, но не остановить его. Если только, как знал Флинкс, Хобаку из Минорда не удалось переубедить других и привести их к своему взгляду на вещи. Тогда неудача в развитии Ларджесса может оказаться гораздо более серьезной, а последующая потеря его наивного населения — более пагубной.
Охранники у каждого входа были явно проинструктированы не допускать их выхода. С Пипом Флинкс легко мог уйти силой. Но это ничего не решит, хотя все более встревоженный Вигл не соглашался.