– Вот черт!
– Многие из них и не скрывают, что они в сговоре с дьяволом.
– С чертями?
– Да нет, бери выше – с самим Сатаной!
– Вот ведь какая незадача…, – растерянно отозвался боярин и белый волхв.
Видимо, соперник показался ему великоват.
– И что же теперь делать?
– Вот об этом я тебе и толкую. Биться с черным явно придется еще до прихода на Русское море.
– Почему?
– Он не даст нам прорваться к дельфинам, постарается извести после выхода из Киева.
– Уверен?
– Ну вот гляди. Сейчас Василиса доложила ему, что ты убит. Всем понятно, что без тебя мы ноль без палочки, и ему нужно уточнить, что мы теперь станем делать. Если повернем назад, он переключится на другие отряды, а если попытаемся идти и без тебя, быстренько нас перехватит и всех поубивает. А потом уже можно заняться и остальными. Я не особо верю, что слуг у него куча, поэтому скорее всего для выяснения будет послана та же ведьма, просто в новом обличье. Тут то мы ее и изловим!
– А что дальше?
– А дальше будет видно после ее поимки.
– И при чем тут Франция?
– А при том, что из Корсуни до Никеи на корабле добраться можно гораздо проще и безопасней, чем по суше.
– А что за Никея такая?
– Это крайний французской город-порт. В наше время, это место отдыха знати – Ницца.
– И что у нас общее море с Францией? Эка ты хватил!
– Схвати сам. Называется все по-разному: Русское море, Босфор, Мраморное море, Дарданеллы, Эгейское море, Средиземное море. Но если плюнуть на названия, то быстро поймешь, что на берег в этом плавании можно не сходить. Плывешь себе и плывешь. На одном конце Русь, на другом Франция. Залез на корабль в Корсуни, слез в Никее.
– И это правда?
– В этом-то Интернет врать не будет.
– Про что вы все толкуете? Интернет какой-то…
– Ты Библию читал?
– Интересовался.
– И как книга?
– Толстенная, страх!
– Вот Интернет в тысячу раз больше этой книги, и в нем написано обо всем, что знает человечество. Впрочем, это я сболтнул. Не в тысячу.
– Вот и я думаю, что это ты загнул!
– В тысячу миллионов раз.
Богуслав чуть не навернулся с Емельки. Богатырь еле успел поймать боярина правой ручищей.
– Как же это может быть? Где хранить такую бездну знаний?
– У меня умещается вот в такой коробочке, – и я показал руками размеры ноутбука. – Все знания хранятся где-то далеко. Я спросил, мне ответили. Захотел прочесть какую-нибудь книгу на другом конце Земли, мне ее дали почитать, услышать какую-то песню – мне ее спели. И наплевать, что это сделали очень давно, ее увидели особым глазом – камерой, и это знание будет храниться сотни лет.
– Это какое-то несусветное колдовство!
– Я тоже так оценивал раньше, потом привык и несколько лет назад наловчился этим пользоваться.
– Ты величайший колдун, там, в своем времени!
– И нас таких – каждый второй. А если взять наших детей и внуков, они с этим вырастают, и умеют пользоваться этим, как мы с тобой ложкой и ножом.
– И карлик вывел тебя на все это?
– Да. Правда, знаний о вашем веке не так много, поэтому приходится изворачиваться. Например, чтобы найти Никею, пришлось проглядеть всю историю Ниццы.
– И это точно?
– Вот это – совершенно точно. Как и мой рассказ о морях и проливах.
– А далеко ли от Мулена до Никеи? Не три года скакать? Что за город Мулен?
– Это надо поглядеть. Есть ли он еще в 21 веке, а то наищешься. Емельян! Сажай меня на руку!
Все махом было исполнено, и мы поехали дальше.
– Есть этот городишко и в наше время, – порадовал я Богуслава минут через пять, – но в ваше время, это скорее деревня.
– А далеко?
– Немного ближе, чем от Смоленска до Киева. Полдня пути на коне разница.
– Всего-то?
– Так будет в 21 веке, вряд ли и сейчас эти городки расползлись. Просто поменьше стали по размеру.
– А далеко от Корсуни до Никеи? – вошел во вкус Слава.
– Два расстояния от Новгорода до Корсуни.
– Всего? Да тут на двадцать дней пути!
– А что поделаешь, – зато безопасно. И уйдет время на изгибы пути, остановки для заправки водой и пищей, в общем, клади не меньше месяца.
– Да наплевать! Это все легко решаемо!
Тут он опечалился.
– Доживет ли только счастье мое…
– Не горюй. В неделю раз будем на нее поглядывать. Думаю, антеки нам, пока воюем против камня, не откажут.
– Да он не велел часто-то…
– Антекон двадцать пятый понимает, что тебе только дай волю, каждый день на любимую глядеть будешь. Поэтому строгости и ввел. А в неделю раз император нас может и перетерпит.