- А как же ты?
- Меня создал мужчина. Я росла сама. Потом он пришёл и сказал, что я должна отправиться на Землю, чтобы там стать его матерью, когда он умрёт на своей планете.
- Так он не с этой планеты?
- Нет, с другой.
- То есть получается, что твой отец оплодотворил кровью цветок, чтобы родилась ты и помогла ему родиться на Земле?
- Да.
- Получается, он одновременно и твой отец, и твой сын?
- Да, но только не одновременно. Сначала отец, а потом сын.
- А муж у тебя кто?
- А муж обыкновенный земной человек.
- А как же он с тобой живёт?
- Он принял меня такой, какая я есть. Он меня любит.
- Да, тебя невозможно не любить... - Я обнял её за плечи и, притянув к себе, поцеловал.
Некоторое время мы так и стояли, слившись в поцелуе. Потом Галина отстранилась со словами:
- Нам пора идти дальше, Надо успеть к моему дому до ночи.
И мы снова двинулись в путь.
<p>
*7*</p>
Выбравшись на тропу, мы шли не останавливаясь до самого озера, которое выглядело как ухоженный садовый пруд с золотыми рыбками. Рыбки, правда, были не золотыми, а жёлтыми, оранжевыми и красными. Они совсем нас не боялись, и подплывали, с любопытством обнюхивая наши руки. Мы плавали обнажёнными, оставив на берегу все свои вещи, а рыбки гонялись за нами. Подплыв к противоположному берегу, я увидел красные ягоды на свисавших к самой воде ветвях прибрежного кустарника.
- Эти ягоды можно есть? - Спросил я у подплывшей Галины.
- Можно, только... Ты не сможешь себя сдерживать, потому что это ягоды любви. Планета создавалась как курорт, и в частности для молодожёнов, поэтому здесь очень много афродизиаков.
- А зачем нам сдерживаться? - Спросил я, отправляя пригоршню ягод в рот.
- И правда, зачем? - И она начала срывать ягоды с ветки прямо губами.
Мы, обнявшись, висели в воде, срывали ягоды губами, целовались и отдавались друг другу...
Когда любовный угар прошёл, мы выбрались на берег совершенно голодными.
- Я бы сейчас слона съел! Или хотя бы десяток этих рыбок.
- Слоны здесь не водятся, а рыбки пусть себе плавают. Мы зажарим рыбный кактус!
И мы начали шарить в высокой, по грудь, траве в поисках кактусов. Мне попался сначала розовый.
- Нет, его мы уже пробовали. Ищи зелёный!.. Ой, уже не ищи, я сама нашла! - И Галина ловким движением срезала большой зелёный кактус.
Совместными усилиями мы разожгли костёр, порезали кактус и зажарили его ломти на больших листах кувшинок, похожих на сковородки. При жарке листья выделяли маслянистый сок, так что "рыба" оказалась даже приправлена растительным маслом, по вкусу напоминающем смесь сливочного, оливкового и конопляного. В качестве гарнира к рыбе Галина вырвала со дна озера длинные сине-зелёные побеги с белыми клубнями. Клубни мы тоже обжарили, а побеги порезали на салат. По вкусу эти водяные клубни были похожи на что-то среднее между картофелем, сельдереем и топинамбуром. Запив весь этот обед сладковато-кислым нектаром, скопившемся в чашеобразных цветках-кувшинках, мы собрались в дальнейший путь.
<p>
*8*</p>
- Мы очень сильно опаздываем. - Огорчилась Галина. - Придётся дальше лететь и ты многого не увидишь.
- Зато я увижу твой остров с высоты! - Обрадовался я. - На чём мы полетим?
- Ни на чём, просто так. - Ответила Галина и тут же, слегка подпрыгнув вверх, стала плавать в воздухе на высоте около тридцати метров надо мною. - Давай, прыгай!
- Но ведь я не умею летать!
- Ты получил прививку. Попробуй! - Подбодрила она меня.
Я попробовал подпрыгнуть, как это только что сделала Галина, и на несколько секунд завис на высоте метров двадцати, а затем опустился (не свалился!) на землю.
- Вот видишь, надо только сильнее подпрыгнуть! Первый, самый медленный слой находится на высоте тридцати метров от поверхности.
Я собрался с силами и подпрыгнул сильнее. Тут в моём сознании что-то сработало и я "вспомнил", как надо летать. Уже в прыжке я ещё немного поднатужился, оттолкнулся ногами от воздуха, как от воды, когда ныряешь, и достиг тридцатиметрового слоя!
- Попробуй задавать направление, подгребая руками, как в воде. - Советовала Галина. - А ногами отталкивайся, если чувствуешь, что начинаешь снижаться.
Я попробовал и у меня получилось! Мы полетали немного над озером, выглядевшем с высоты ещё более живописно, а затем полетели прямо, на здешний восток, уже не придерживаясь тропы, а напрямую. Скорость нашего полёта не превышала примерно двадцати метров в час (в земном измерении) и с высоты я мог любоваться сине-зелёным океаном здешнего леса.
- Ну как, - Спросила Галина. - Прибавим скорости?
- Можно. А как?
- А ты вспомни!
И я "вспомнил"! Чем выше слой атмосферы - тем больше скорость горизонтального полёта. Скоростные слои имеют толщину тридцать метров. Самый медленный - от двадцати до пятидесяти. Значит, чтобы попасть в следующий слой, надо просто оттолкнуться от воздуха вверх. Я попробовал и вслед за Галиной выпрыгнул на высоту сорока метров. Скорость полёта в этом слое достигала шестидесяти километров в час.