— Виля, ты проснулась? Тогда пойдем, провожу до нужника, расхаживаться надоть, по-тихому. Поняла? — попаданка кивнула. — А на Феклу и остальних не серчай, чего с дураков взять-то? Им языки почесать охота… Оно ведь как? В своем глазу и бревна не видют, а в других соринку углядят. На всякий роток не накинешь платок, да… Поправишься, и все хорошо будет, Иван Карлыч уж теперь-то тебя со двора не выпустит… И энтот раз, чего пошла одна-то? Эх, девка ты несчастная, сирота горемычная! Дает тебе Бог испытания, знать, нужна ему для чего… Ну, давай, подмогну.
Матрёна приподняла под спину пациентку, та сначала села, потом спустила ноги с лежанки и медленно встала на пол. Что-то было не так…
— Обопрись на меня, да, вот так, пойдем — проговорила знахарка и Вера сделала первый шаг, покачнулась… Потом второй, третий… и поняла — она хромает! У предшественницы одна нога была короче другой, поэтому походка получалась неровная, но привычная телу, осознала попаданка.
— Да, вот так, не спеша… Ох, и за чьи грехи ты кару на себе несешь, безвинная душа? Мало — немая, так еще и хромоножка… Ну хоть личиком вышла… Не нашей породы, как бы не цыгане в роду были, да кто ж ведает? Даже барин не знает, а уж он-то искал! Только говорит, никто ничего про тебя не слыхал, вот как нашли на дороге одну в лохмотьях малую, так и привели с собой, не смогли бросить. Оно и понятно: сами-то все беспризорники, нахлебались горюшка, пожалели.
Нужник обнаружился в дальнем конце огорода, узнаваемый как по виду, так и по запаху. Но внутри оказалось довольно чисто, имелось сиденье деревянное и лопушки свежие. Приемлемо.
На обратной дороге Вера осмотрелась: небольшое подворье, огородик, курятник, пара яблонь, изба из бревен, с трубой печной, ничем от картинки деревенского жилища в старину не отличалась, как и наряд хозяйки: сарафан, под ним рубаха, на голове повязан платок, скрывающий волосы, ноги вроде в лаптях. А вот она босая…
— Земля сухая и теплая, тебе полезно по ней ножками пройтись — заметила недоумение на лице девочки Матрёна. — Прийдем, обмоем, не тушуйся. А после завтрева суббота, так баню затоплю, помоешься как следоват, синяки ужо сойдут, полегчает, и в церкву отведу, батюшка причастит, отгонит хворь молитвой, и забудешь все печали. Идем, милая, чай с малиной пить, пироги еще со вчера остались, пополдничаем… Пойдем.
Глава 10
Управилась со всеми делами знахарка только после заката, улеглась на печи и засопела-захрапела, а Вера Владимировна, вернее, Вилма лежала в темноте и подводила промежуточные итоги, поглаживая спинку волчонка, который так и спал у неё на животе или рядом.
Матрёна зверя не гнала, что удивляло пришелицу, поила молоком и кусочками отварной курицы, которые вылавливала из бульона, сваренного для Вилмы. Щенок проявлял благоразумие, просился на улицу, тявкал тихо и вообще, поражал сообразительностью. Вера уже и не стремилась найти всему объяснение.
Итак, пенсионерка Зуева сподобилась занять тело пропавшей на просторах вселенной души некой сироты Вилмы — своей тезки. Чудо? Ну, наверное… Спросить некого, да и незачем. Дают — бери, бьют — беги, проза жизни. Берем.
Девчушка неместная, немая, по мнению окружающих, но Вера предположила, что предшественница либо не знала языка (вначале), либо перенесла шок и потеряла голос, либо просто была молчалива до немоты… Теперь концов не найдешь, но речевым аппаратом Вера займется позже — пока для общения вполне достаточно жестов и мимики. Так и адаптация в новом мире пройдет проще и легче.
Дальше, хромота. Зуева внимательно осмотрела ноги и выяснила: левая нога была сантиметра на два короче правой, это было видно, как и то, что и стопа левая отличалась от правой размером — тоже была меньше. Видимо, дефект врожденный… Исправить можно ортопедией: сделать обувь на заказ, уровняв ноги высотой и длиной подошвы. Запомним.
Внешность — отличная от славянской. Зеркала Зуева в избе Матрёны не обнаружила, но кожа предшественницы была смуглой, не загорелой, а именно смуглой, как у южан — испанцев, греков, итальянцев. Но что-то внутри Веры ратовало за первый вариант. Волосы на ощупь были густыми, кудрявыми и черными — это становилось очевидным, если оттянуть прядь прям под глаза.
Ногти девочка грызла, значит, были у неё проблемы с комплексами или страхами. Тело худое, но вторичные половые признаки уж проявлены: грудь и прощупывалась, и просматривалась, не говоря о растительности в определенных местах.