Так ничего и не решив, Вилма Штурц пожелала себе спокойной ночи, подгребла под бок Бэлу и медленно уплыла в сонное царство, загадав … увидеть будущее. Если получится, конечно.
Ей снилось Григорьево, ее лесная избушка, пение птиц, глухой стук дятла по стволу и… очаровательные щенки, играющие на траве у порога.
Дома хорошо! Приедет, создаст питомник какой собачий, а что? Поводырей, например, или компаньонов для стариков… Надо подумать, дело оно лучше любовей. Или все-таки …рискнуть? Барон же желал ей женского счастья… Знать бы, где его взять…
Глава 53
В своей прошлой жизни Вера Зуева считала азиатские народы сдержанными, прячущими чувства под покровом соблюдения традиций и заботящимися о «сохранения лица» перед обществом. Открытое выражение обуревающих страстей было им, в ее представлении, менее, если не совсем, свойственно, чем европейцам.
Однако пребывание в Великой степи разбило эти стереотипы напрочь: кочевники во время праздника демонстрировали испытываемые эмоции ярко, бурно, полно. И особенно это проявилось на состязаниях по кок-бору — командной игре, иначе называемой «козлодранием».
Каждый клан (кроме алых) выставил команду из двенадцати всадников, в задачу которых входило подхватить с земли, удержать и как можно большее количество раз забросить тушу козла (весящую примерно тридцать кг) в «ворота» противника — тай-казан. Хотя буквально перевод «кок-бору» означает «серый волк», чаще всего его роль исполнял простой «козел-баран».
Соревнование проводилось на открытой местности размером с два футбольных поля, в три этапа по двадцать минут, причем, непосредственных участников — четыре на четыре, остальные либо вступали в игру в очередном периоде, либо заменяли товарищей по мере необходимости, поскольку спорт этот весьма травматичен как для людей, так и для их лошадей: форменная жестокая «стена на стенку».
Казалось бы, ну что особенного — хватай тушку и скачи с ней до цели в виде огороженного невысокими щитами круга-ямки. Ан нет! «Враг не дремлет», окружает, всячески препятствует продвижению лидера, рвет из рук тушу, которую еще и швырнуть надо так, чтобы долетела, не отскочила от бортов и вообще попала куда надо!
Зрители буквально беснуются, следя за происходящей на поле битвой, участники не отстают — в пылу сражения они кричат, ругаются, вырывают из рук соперников «лохматый» снаряд, лошади им не уступают в ажиотации — злятся, ржут, кусают друг друга! Над игровой площадкой стоит страшный шум-гам и витает такое возбуждение, что его, кажется, можно ножом резать.
Вилма, поддавшись всеобщему исступлению, тоже подпрыгивала, охала, хлопала, взвизгивала, а в минуты перерывов отмечала, что кок-бору — это апогей праздника (по интенсивности переживаний публики).
В ожесточенной борьбе победителем стала команда «зеленых», и хотя Вилма снова неприятно поразилась подбору участников соревнований — клан Тэмушина представляли его хешегто в полном составе, даже Таалай вышел на поле, но не признать их мастерство и сплоченность, помноженные на упорство к победе, не могла. И все равно, как с теми ложечками, осадочек у неё на душе остался…
А начинался день весьма интересно, поскольку перед кок-бору кочевники оценивали немногочисленные, но увлекательные состязания хищных птиц, или саят — охоту с ловчими беркутами.
Об этой разновидности охоты Вилма и читала, и слышала, но увидеть, пусть и стилизованную немного, воочую довелось впервые
Как пояснил ее бодигард, ночью по степи массово отлавливали мелких грызунов, долженствующих стать объектами охоты для двух десятков привезенных на праздник крылатых охотников — больше, увы, тренированных птиц не оказалось, что расстраивало и зрителей, и старейшин, переживающих стремительное угасание любимого и популярного когда-то в степи развлечения и способа добычи пропитания.
Причиной Таалай назвал (опять на ушко) разрыв отношений между «зелеными» и «красными»: последние были непревзойденными кусбеги или беркутчи — воспитателями ловчих птиц, брали в клан желающих и обучали мастерству взаимоотношений с крылатыми охотниками.
— Вырастить гордость степей трудно, а владеть — почетно. Бывший князь требовал от тогдашнего главы «краснознаменных» тренировать беркутов в нашем клане и продавать другим, не обучать лично… Это неправильно, я думаю. У этих птиц очень непростой характер, они агрессивны, норовисты и преданы человеку, их нельзя взять и отдать, их надо вырастить, понимаете? Это дело не одного года… — шептал Таалай, пока по полю шли кусбеги со своими питомцами, красуясь и давая зрителям рассмотреть великолепных властителей неба, ханов среди пернатых обитателей степи.