Действительно, представитель семейства орлов, хищник весом до семи кг и размахом крыльев до двух с половиной метров, обладает мощным клювом, острейшими загнутыми когтями и превосходным зрением, превышающим человеческое в несколько раз. Его добычей может стать как суслик или лиса, так и волк, и косуля.
Беркут вынослив, может не есть неделю после полного насыщения, но требует к себе внимания — его нужно хвалить, гладить, поощрять за выполнение задания сырым мясом (съесть он способен кило корма). Продолжительность жизни птицы немалая — лет тридцать-пятьдесят, но в неволе этот срок сокращается: орел теряет желание жить, хуже охотится, поэтому дольше десяти лет опытные кусбеги беркутов не держат — отпускают на свободу, чтобы помощник смог вернуться к своей жизни, для чего увозят как можно дальше от дома, путают следы.
— Есть традиция у беркутчи: решив расстаться с другом, человек устраивает пир, мажет птице когти маслом, благодаря за помощь и прося для него милости богов — закончил Таалай рассказ, а Вилма подумала: какой прекрасный обычай — трогательный и правильный.
Когда парад беркутчи с пернатыми закончился, судьи ускакали на большое расстояние, их помощники по свистку выпустили зверьков, а ловчие, сдернув прикрывающие глаза беркутов колпачки-томагу (чтобы не раздражались в незнакомой среде), подбрасывают птиц вверх и те устремляются за добычей. Побеждает тот, кто быстрее схватит зверька и принесет хозяину.
Вилма видела, что от красных выступал Чонэ с темным, почти черным, очень крупным беркутом, и еще двое мужчин, похожих на него — молодой и в годах, с более светлыми по окрасу птицами. Скорость выполнения задания поразила попаданку — практически в считанные минуты орлы вернулись с добычей и сели на руки своим партнерам. Неудивительно, что победителями единогласно стали «красные».
А баронесса снова засмотрелась на приметного парня и подумала, что он определенно умеет ладить с животными. «Почти как я… — отметила она и… вздрогнула от пронзившего чувства сопричастности. — Ну, ты еще скажи, милая, что вы — родственные души и эта встреча неслучайна, и вообще, он — твое предназначение… Или как там в романах? Истинный? Ага, совсем у тебя от свежего воздуха крыша поехала, дорогуша! Так и до свадьбы додумаешься! Князь степной на черном коне, все как заказывали! Бери — не хочу! Верка, приди в себя! Ты послезавтра домой поедешь, тебе собираться надо, а ты тут… Тьфу!»
Вилма вздохнула, прогнала желание подойти и «помацать» птичку (и хозяина, чего уж скрывать), заодно разогнать налетевших на Гирея восторженных разноцветных дев, встала и решила сходить поесть перед следующим состязанием. Правда, аппетита, почему-то, не было, зато изжога была. Откуда, спрашивается? Эхе-хе…
Настрой народа после кок-бору описывался фразой «Требуем продолжения банкета!»: зрители не спешили расходиться, кучковались тут и там, вечер еще не вступил в свои права, поэтому организаторы решили провести еще одну игру (а, может, так и было запланировано).
Собственно, судя по составу участников, это скорее был завершающий штрих в картине массового сватовства или предсвадебного марафона, продолжавшегося последние дни и короткие ночи, когда молодежь присматривалась друг к другу, устраивая на окраине лагеря музыкально-хороводные мероприятия в духе «пикапа».
Теперь заневестившиеся степнячки и определившиеся с будущим женихи (эти заявляли о намерениях, нося на голове колпаки с красными полями) могли открыто продемонстрировать взаимные чувства, проверить неопределенные или показать тайные. Для этого предназначались полу-шутливые скачки кыз-куу — «догони девушку».
Всадницы (красиво одетые — это обязательно) выстраивались в линию на старте дистанции метров четыреста, юноши, повторяющие строй позади девушек на расстоянии двадцати-тридцати метров, пускались вскачь по команде судей. Девушки неслись вперед, парни догоняли, чтобы обнять, поцеловать или сорвать с неё шарф, выразив тем самым свои желания в части союза.
Достигнув цели, парень разворачивал коня и становился преследуемым, так как девушка принимала вызов и мчалась за ним, стремясь ударить камчой (кнутом) того, кто выделил ее среди других, чтобы …согласиться.
Если парень не мог догнать девушку, его уделом становился позор и запрет на брак до следующего года. Если же девушка избивала парня кнутом или даже сбивала с коня (были и такие), то это могло значить как согласие, так и отказ, но в обоих случаях жених подвергался насмешкам из-за того, что понес побои от рук женщины. Не айс, понятное дело такой расклад для мужика.