– Тогда ешь у себя в комнате! – рассердился дед. – В этом доме ты не один работаешь. Не хочешь угощать Любу, обойдусь без тебя!
– Вот и отлично! – мальчишка бросил обозленный взгляд в сторону притихшей, но уже примостившейся за столом гостьи. Потом решительно взял поднос и сгреб на него добрую половину содержимого тарелок вместе со столовыми приборами. Завершив «обирать» стол, Даньяр с оскорбленным видом направился к дверям:
– Пусть не поднимается в этом доме выше первого этажа. И спит в гостевой!
Дед, возмущенный до глубины души его поведением, только руганулся вслед. Даньяр громыхнул подносом где-то в коридоре, и, видимо, поднялся по одной из маленьких лестниц наверх. Его шаги быстро стихли.
Люба решила отбросить скромность и налетела на угощение, как ястреб на стаю сонных голубей. Она не знала, что принесет завтрашний день. Если бы та гадость в Мерлом лесу закончила свое мокрое дело, она бы, Люба, сейчас не наслаждалась вкусом печеных яблок и чесночного хлеба.
Дед, устроившийся на высоком стуле напротив нее, задымил табачной трубкой, не притрагиваясь к еде. Кажется, он немного расстроился, что выгнал из-за стола Даньяра.
«Бабушки и дедушки всегда тяжело переносят ссору с любимыми внуками. Особенно когда хотят их вкусно накормить, а не воспитывать», – подумала Люба. Ей стало, немного жаль, что у нее все не так. Дедушку и бабушку она не знала. По словам дяди Вадима, те рано ушли из жизни.
Люба от души наслаждалась ужином. Если постараться, во всем плохом можно найти повод улыбнуться. То, что Люба застряла здесь означает, что рядом нет Ольги Михайловны. Следовательно, можно радоваться маленькому пиру, который устроил чужой добродушный дедушка!
Некоторое время девочка беззастенчиво пробовала все подряд. Последним ее лакомством стали сливки. Вот уж чего себе не могла позволить модель! Но Люба понятия не имела, вернется ли она теперь в Москву, и придется ли еще выступать. Так зачем отказывать себе в удовольствии? Сливки оказались нежными, но не приторными, и буквально таяли во рту. Она осушила внушительную пиалу в розочках за один добрый глоток.
Встретившись взглядом с дедом Морием, Журавлева почувствовала, что кончики ушей краснеют. Ну да, на аппетит она не жалуется. Но ведь он сам предложил ей поужинать!
– Ты уж прости моего внука, – Морий проводил грустным взглядом новое кольцо дыма, вырвавшееся из его глиняной трубки. – Просто он не верит, что его, а, тем более, Солнечную страну, может спасти какая-то Странница.
Люба облизнула побелевшие от сливок губы:
– А чем отличается эта Странница от прочих людей? Вы утверждаете, что я – это она, только потому, что меня занесло к вам из другого мира. Но вдруг таких людей много? Раз возможность путешествовать между мирами существует…
– Странники – это спасители. Он или она могут появиться в землях Солнечной страны не чаще одного раза в двадцать лет. Последний раз было именно так… Гриоты выбирают человека в возрасте до пятнадцати лет и заставляют его пройти три испытания. К сожалению, дальше первого пока никто не продвинулся…
Люба нахмурилась:
– Испытания? Но ради чего? Ваша провинция выглядит вполне мирно. Это какая-то забава: принуждать чужих людей к участию в неизвестной, и, боюсь подумать, – опасной игре?
– Принуждаем не мы, а Гриоты. Это их развлечение – раз за разом смотреть, как разбиваются надежды простых жителей Солнечной страны. К сожалению, мы, те, кто родился на этой земле, не имеем права защищать ее. Только Странники, перешедшие грань между мирами, могут изменить судьбу.
Морий Рэм затушил трубку, встал из-за стола и подошел к печи, на которой тихо скворчал чайник. Люба видела, как угольки в печке вспыхивали и снова гасли, перед тем, как рассыпаться в пепел.
– Чайку? – спросил дед Даньяра. Она кивнула. Аромат свежих листьев черной смородины и мелиссы, которые старик бросил в заварочный чайник, наполнил кухню.
Старик сосредоточенно помешивал сахар в чашке, даже не глядя на Любу. Его мысли витали очень далеко, и девочке было неловко возвращать Мория к их беседе. Но вдруг он заговорил. Голос деда изменился, в нем появилась некая напевность. Словно он рассказывал эту историю не раз, и не два. Люба догадалась, что предыдущим слушателем вполне мог быть Даньяр.
Глава 11
Глава 11. Прошлое Солнечной страны
– Есть легенда, которую передают из уст в уста жители Солнечной страны. И ты, Люба, послушай.
Когда-то на заре времен, там, где не ступала нога человека, не было ничего, кроме темного мрачного Леса. Жуткий, кишащий скользкими тенями и пропахший зловонью, таким был Лес, где правила тьма. Но, каждую ночь, всего на один час, Лес становился светлее. Это случалось, когда с неба спускался ребенок. Солнечный мальчик, так мы его зовем. Он гулял по Лесу, играя на флейте, и деревья расступались перед ним. Тьма рядом с ним превращалась в свет, а грязь под ногами – в алмазную пыль.