– Ты еще кто такая?
– Странница. А эта девочка, которой вы едва не разнесли витрину, – моя подруга. Вы же знаете о магии Странников? Я показала вам лишь маленькую часть, – Люба лениво протянула руку в сторону улицы, где шел сильный дождь. – Понравилось купание? Хотите, устрою представление покруче?
Парни притихли. Они стояли, молча, глядя на неё с суеверным ужасом. Тот же страх Люба читала во взглядах местных, обращенных к Даньяру.
– Убирайтесь! – коротко приказала девочка, сжимая ладонь в кулак. Поток воды, стекавший с крыши, превратился в настоящий ручей, потекший к её ногам, – или я не отвечаю за последствия. И, да, прежде чем уйти, не забудьте расплатиться.
Бандиты-неудачники поспешно выскочили из пит-зала, бросив к ногам Любы мешок с «теплоками». Не слишком тяжелый, но все же – компенсация.
Ириска на ватных ногах прошла мимо Любы, закрыла дверь на замок, затем дернула шнур для занавесей на окнах. Те мгновенно опустились, и в помещении сразу стало темнее. Бледная, как снег, девушка бессильно опустилась на первый попавшийся стул:
– Проклятый день. Так и знала, не стоило сегодня открывать пит-зал. Охранник попросил выходной: у него заболела сестра… А мама отправилась за продуктами. В смежном помещении повар, но он глухой… Я испугалась. Несмотря на всю грязь, что ты здесь, Люба, устроила, спасибо тебе. Не ожидала, что ты зайдешь, а уж тем более, вмешаешься!
Журавлева растерялась:
– То есть, как? Даньяр сказал, что у вас вечером праздник. Мол, я должна помочь, ты просила. Разве не так?
Ирэн подняла на нее печальные глаза. В полумраке они слабо сверкнули, совсем как у кошки:
– Значит, Даньяр прислал тебя? Сколько сейчас времени?
Люба посмотрела на часы, висевшие на стене, и равнодушно повела плечом:
– Половина первого.
Ириска прикусила губу:
– Присаживайся, есть разговор. Пит-зал я закрою, все равно клиентов в такую погоду, да еще и в этот день, не предвидится… Иначе говоря, никто не придет. Так что никакого торжества не будет.
– Значит, можно идти домой? – облегченно вздохнула Люба. – Вот так сразу? То есть, когда я помогу тебе прибраться…
– Не совсем. Присаживайся, – бесцветным голосом отозвалась Ириска.
Люба села за столик рядом с ней. Её охватило тягостное предчувствие: «Что еще Даньяр скрыл? Зачем прислал сюда? Что за глупые тайны? Неужели, я не заслужила ни капли доверия, и мне нельзя нормально все рассказать?!»
Ирэн, выдавив улыбку, оглядела мокрый и усыпанный сломанными цветами, пол:
– Хорошо хоть вазы не разбились. Ну и чудо же ты!
– Надеюсь, не похожее на магарь? – пробурчала Люба.
– На наше счастье – нет, – тихонько усмехнулась Ириска, – а теперь к делу. Сегодня ты не сможешь вернуться в дом Рэмов. Только не в этот день. Сегодня – Проклятый день для Озерной провинции и их дома.
– Как это? – протянула Журавлева.
– Так. Восемь лет назад Гриоты прокляли их могущественный род. И в этот день все члены семьи Рэм будут переживать ужасы, с которыми столкнулись в прошлом. Даже если, они находятся за пределами дома, неведомая сила возвращает их обратно…в проклятый дом Рэмов. И горе тому, кто в этот день окажется рядом. Проклятие действует с двенадцати часов дня и до следующего полудня. Завтра, когда проклятие утратит силу, мы пойдем с тобой вместе, сменить «теплоки» в его ошейнике… С каждым годом после этого дня Даньяр становится все слабее. И, даже несколько дней спустя его лихорадит… Его дед переносит проклятие легче, потому что у него нет ошейника Гриотов…
– Погоди немного! – Люба резко подскочила на стуле, – помедленнее! Хочешь сказать, что Даньяр решил защитить меня, и потому отослал к тебе? Кстати, и Ярослава он отправил на границу… Молодец! Додумался!
– Ты должна быть ему благодарна. Ты не знаешь, каково это, столкнуться с их проклятием… А я знаю! – Ириска с силой ударила ребром ладони по столу.
– Откуда? – Люба внимательно посмотрела на нее.
– Была там однажды. Мне исполнилось десять лет, и я начала практиковать семейную магию Ша. Надеялась, что смогу снять проклятие Гриотов. Но отдача оказалась такой, что я чудом осталась жива. Понимаешь? Я так хотела ему помочь! В горячке умоляла маму пойти к нему. В Озерной провинции к Рэмам относятся с опаской, но, разве можно отказать полуживому ребенку?
Люба остановила ее сбивчивую речь движением руки:
– Пожалуйста, расскажи, из-за чего Даньяра так бояться? И что случилось с его родителями? Он мне так и не открылся… Дурак!
Ириска бросила на нее понимающий взгляд:
– Он всегда был таким. Никогда не просил помощи. Не хотел ни от кого зависеть. Сейчас его единственная цель – отомстить за родителей и вернуть Рэмам честное имя. Порой мне кажется, он слишком увлекся погоней за миражами. Каждый заработанный «теплок» Дэн откладывает для этих целей… А еще он болен желанием доказать, что его родители живы! И это после того, как они исчезли восемь лет назад!