– Красота, ну, давай, рассказывай! Как этот таракан тебя пытал? В зависимости от его вины, я подберу достойное наказание. И да, Дэн, не дуйся, как бык на корриде, наш Крармий будет жить.
– А как вы вообще сообразили, что меня нужно искать в замке Зотов? – спросила Люба. – И откуда взялся этот потрепанный ковролет?
На этот раз Ярослав даже не успел и рта раскрыть. Говорил Даньяр:
– Мы волновались за тебя, Любушек. Слышали, что ты села в карету к сыну династа. Слава нашел ковролет, рвался тебя спасать. Потом прилетела эта птица, Однокрыл. Учитывая ее неприязнь к людям, и женскую шпильку, которую она притащила, мы решили последовать за ней. Тем более, что она, как и мы, летела к замку Зотов. Показала, какое именно окошко выбрать для спасительной операции… Вижу, мы успели как раз вовремя! Кстати, гномы передали, что тебя официально признают Странницей, и у тебя завтра Первое испытание.
– Про испытание наслышана от Крармия… Так откуда взялся ковролет? – повторила свой вопрос Люба, прищурившись и пристально глядя на Ярослава.
Тот невинно захлопал ресницами, точно ребенок, на ходу придумывая небылицу. Даньяр снова ответил за него:
– Этот ковролет он позаимствовал на память из «Ковров в конуре». На нем он летал на границу с соседней провинцией, даже не сказав нам. Решил пользоваться им сам! Развлекался там лишние сутки, отдохнул от работы, а нам с тобой наплел, что так выдохся, добираясь до границы, что и встать с кровати не может. Представь, Любушек, как легко проходила бы моя охота в Мерлом лесу, если бы этот пень рассказал о ковролете! Сверху я рассмотрел все детально, а этот!…
– Ну-ну, хватит уже промывать мне косточки, Дэн, – вступился за себя Ярослав, – как только Любе понадобилась помощь, я сразу рассказал о ковролете! И никто, кроме меня, не имеет, права летать на нем! Это – моя собственность!
– Нет у тебя никакой собственности, кроме тех тряпок, что на тебе. И ковролет ты не на свои деньги приобрел.
– Он же – списанный! – возмутился Таманцев. – Его бы утилизировали или сожгли! А я его спас! Значит, он мой!
– Но ты не предупредил владельца «Ковры в конуре», что оставляешь его себе. Иными словами, ты его стащил, – заключила Люба, но, заметив, как омрачилось добродушное лицо Славы, поспешно добавила, – и в этот раз я тебе очень благодарна! Спасибо!
Шипение, раздавшее со стены, где находился сын династа, прервало их веселую перепалку:
– Явились, не запылились, так говорят в твоем мире, Люба? Рэм, тебе впервые не наплевать на кого-то, кроме себя, и глупой идеи разыскать тех, кого давно признали мертвыми? Я потрясен. Может, эта девчонка из другого мира чего-нибудь да стоит, раз смогла на тебя повлиять! Вдруг ты поумнеешь и приползешь ко мне, прося замолвить за тебя словечко перед Гриотами? Если Любаша уговорит принять мое покровительство, пусть остается в Озерной. И я даже забуду, что ты стрелял в меня, будущего династа, и уничтожил ценную магарь! Любовь моя, знаешь, почему Даньяр перекрасил волосы? Он принадлежит к высшей ступени, но предпочитает держаться в стороне от нас… Натуральный цвет волос Даньяра дает ему превосходство над большинством людей Солнечной страны. Белокурые, русые, золотистые волосы с древних времен выделяли отпрысков влиятельных семей. Возможно, и ты, Люба, не так проста, как кажешься? Хотя, в вашем мире все по-другому, не так ли? А Рэм решил, что, перекрасив волосы, откажется от наследия. И от связи с Гриотами, разумеется.
– Заткнись. Слава уговорил не стрелять тебе в глаз. Но, что, если я случайно лишу тебя уха? Очень болезненно, – ровно и по слогам произнес Даньяр. Его глаза стали совсем черными и холодными. Как ночь в безграничном космосе.
Люба уже собиралась вмешаться. Им следовало уходить, как можно быстрее. И больше не допускать ошибок сегодняшнего утра! Теперь она – официально Странница. И не должна совершать ничего такого, что заставит людей потерять в нее веру. Надо просто забыть о Крармии и сосредоточиться на Первом испытании. Если в ее силах помочь Солнечной стране – она использует любой шанс!
Но Журавлеву, закрывшую собой лже-Игоря от слишком уж злого Даньяра, вдруг негромко окликнули со спины:
– Так эта молодая особа – новая Странница? Насколько я помню, она должна была стать невестой моего сына по договору со Гриотами?
– Невестой?! – разом выпалили ребята.
– Юный Рэм, сложи оружие. Тот, кто рискнет убить хозяина в его же доме, навлечет на себя несчастье.
Люба, повернувшись, пристально рассматривала стоявшего в дверях человека. Он был похож на Крармия, как две капли воды. Только на лице обозначились глубокие морщины, а светлые волосы кое-где поседели. Его богатая одежда мешковато смотрелась на худой костлявой фигуре. Темно-карие глаза смотрели жестко, без тени веселья.