Ярослав дернул девочку за руку, вынуждая спрятаться за спиной. Люба вдруг почувствовала себя так, словно неделю провела в деревенском погребе: один взгляд, брошенный на этого человека, ее буквально заморозил. Как там его имя? Да, отца Крармия звали Сагок Зот.
Журавлева сделала шаг в сторону так, чтобы выйти из тени Ярослава. Она не собиралась прятаться! Это она здесь жертва, ее в этом замке чуть не убили!
– Мои маленькие случайные гости. Я советую вам немедленно покинуть замок, – Сагок остановился рядом с сыном, презрительно глядя на него. Он не спешил освобождать одежду Крармия от стеклянных стрел. – Сын, ты так похож на нее. На свою мать. Она была столь же амбициозна, хитра, беспощадна!
Он вдруг наклонился и похлопал Крармия по щеке. Тот чуть слышно охнул. Очевидно, что благородное лицо, разбитое добрым кулаком Таманцева, сейчас меньше всего нуждалось в поглаживаниях и прикосновениях.
– Сын, ты провалил задание. Но, не бойся, я разорвал твой договор со Гриотами. Тебе не придется нести ответственность за провал. Я пришел сказать одно – повзрослей! Пора уже научиться реально оценивать врага и собственные возможности. Ты должен подняться до высшей ступени! Почему же я вижу, как тебя избивают эти дети?!
– Прости, отец. Я не сумел. Но, пожалуйста, не отпускай ее. Мама, мы должны ее спасти. И только Люба, только с помощью нее… – Крармий не договорил, потому что мужчина, коротко замахнувшись, отвесил ему пощечину.
– Повзрослей, сын. Твоя мать давно умерла. Я сказал, что отвез ее в столицу, потому что не хотел, чтобы ты страдал. Синих «теплоков» не хватило, когда они были нужны. Этого не исправить. Но, если бы тебе удалось заставить эту девчонку подписать договор, я был бы самым счастливым отцом в Солнечной стране! Наша семья заняла бы высокое положение, о чем всегда мечтала твоя мать! Но ты провалил дело…
– Значит, ты мне лгал? – Крармий побледнел, как погребальный саван. – Она мертва?!
– Она – да, а я – нет. Я никогда тебя не брошу, сын.
– Игорь… – прошептала Люба. Ей вдруг захотелось хоть как-то утешить его. Абсурдное, немыслимое желание, учитывая, что он сегодня натворил.
Крармий как будто услышал ее. Глянул зверем и зарычал:
– Убирайтесь! Убирайтесь вон!
Сагок развел руками:
– Вы слышали желание моего единственного отпрыска. И я разделяю его. Уходите! Завтра Первое испытание. Странница, желаю тебе… Нет, не победы. Даже не мечтай!
Глава 29
Глава 29. Прощальный вечер
Домой возвращались в полной тишине. Ковролет летел плавно, неторопливо. Единственным неудобством оказался сильный ветер, дующий в лицо.
Заметив, что Люба дрожит, заботливый Таманцев не пожалел для неё единственной куртки-косухи. Девочка не стала отказываться. После истории в замке Крармия ее до сих пор бил озноб. Подумать только, парень из ПСП чуть не пустил ее на «теплоки»! И самым паршивым было то, что он ей до сегодняшнего дня даже нравился… В своей игровой версии.
Дед Морий встретил их горячим ужином и чаем. Набив желудок до отвала и с трудом поднявшись из-за стола, Люба собиралась идти спать. Перед Первым испытанием требовалось отдохнуть. Тем более, после таких событий.
Но Дэн дернул ее за локоть:
– Приходи сейчас на веранду. На пару слов.
Люба чуть заметно кивнула. Вытерев полотенцем посуду и расставив ее на полках в шкафу, она вспомнила о своем обещании только спустя полчаса. И поднялась наверх.
Фонари по углам веранды светили ярко, привлекая к себе ночных бабочек и просто мелких мошек. Даньяр застыл у открытого окна, опираясь о деревянное ограждение.
– Пришла, – негромко сказала Люба. Если бы девочка так сильно не устала, то непременно заметила, что ему очень идет позировать на фоне закатного неба, по которому неведомый художник словно расплескал жидкую лимонную и оранжевую краски.
Даньяр повернулся. В его глазах промелькнула такая тоска, что Любе стало не по себе:
– Ты даже не представляешь, что я сегодня пережил. Боялся, что не уберег тебя…
– Из-за того, что я – Странница?
– Нет. Ты знаешь, что по другой причине.
Люба тихо подошла к окну. Сама не заметила, как встала совсем близко и склонила голову ему на плечо:
– Я много думала о тебе. Из-за чего ты такой… Но, сейчас, зная, что твоих родителей выдал Гриотам кто-то из местных, один из тех, кого они спасли, понимаю твои чувства. И, давно хотела сказать… Ты – классный парень, Дэнька!