От голоса, уже не заглушаемого дверью, у него похолодело сердце.
Говорила Жнея:
— Мы можем побеседовать здесь. Во дворе нет никого, за исключением сумасшедшего ребенка. Что он может там искать?
Другой балкон расположен слишком далеко, это убережет нас от нежелательных слушателей.
— Такая секретность… — Капитан был одновременно озадачен и презрителен. — До тех пор пока ты не знаешь, где находятся убийцы, которые прошлой ночью подожгли дома своих хозяев и убежали от воинов, я не думаю, что тебе нужно быть такой осторожной.
— Я могу рассказать, почему, на мой взгляд, они организовали поджог. И даже больше.
Наступила долгая пауза, и Додой встрепенулся, почувствовав в нетерпеливом тоне Капитана угрозу:
— Ну?
— Пожар был спланирован, чтобы вызвать панику. Я ожидала большего.
— Чушь. Эти жалкие людишки раскрыли наш план подавления и опередили нас.
— Твои палачи не добились ни одного признания. Все рабы, которых мы схватили, клянутся, что ничего не знают о пожарах.
Капитан зашелся от смеха.
— А ты призналась бы, зная, что разгневаешь меня?
— Немедленно, если бы испытала такую боль, как они.
Со двора долетел тонкий голосок Фрейлана:
— Додой! Выходи! Я уже устал искать тебя.
Из своего укрытия Додой слышал все, о чем шептались Жнея и Капитан. Он видел подол черного одеяния, отделанного по низу зеленым и голубым. Человек в нем начал двигаться по направлению к стене. Голос Жнеи сказал:
— Вот оно что. Он ищет этого сироту, эту крысу, которая путешествует с Сайлой.
— Давай, выходи, Додой! Тебя даже здесь нет. Куда ты мог уйти?
Додой стал задыхаться от страха, осознавая, что начинает хныкать. Он закусил губы.
Снова шаги. Тяжелые и уверенные.
— Мальчик! Уйди со двора! — Приказ Капитана разнесся эхом.
— Но я должен найти его! — В этот вопль он вложил все свое детское горе, которое не различает рангов и титулов.
Додой надеялся, что Капитан прикажет воину убить его.
Неожиданно Капитан рассмеялся. Однако голос был жестким:
— Без возражений, маленький Фрейлан. Иди домой. Сейчас же.
Наступила тишина, Додой испугался еще больше; взрослые стояли так близко, что могли услышать, как громко бьется его сердце.
Пола одеяния опять мелькнула возле кровати, и Жнея продолжила беседу:
— Я лечила мать Фрейлана, когда она порезала палец. Этот мальчик беспрестанно говорил о Додое. — Она мягко улыбнулась. — Я бы хотела иметь одного такого среди моих слуг. Если бы у меня были еще двое, чтобы следить за ним.
Капитан бесцеремонно прервал ее:
— Довольно. О рабах. Если тебе что-нибудь известно, позволь мне это услышать.
— Очень хорошо. — Жнея без предупреждения села на кровать. Под тяжестью ее тела кожаные ремни, поддерживающие матрас, провисли, едва не коснувшись Додоя. Он вжался в стену, стараясь не дышать и мысленно умоляя ее произнести хоть слово. — Сбежавшие рабы, которых ты искал еще до пожара, прятались в раскопках проклятого места. Их планируют вывезти оттуда на лодках. Я предполагаю, что последний из них прибыл вчера ночью, и пожары были организованы лишь для того, чтобы увидеть твою реакцию. Все знают о том, что планируется масштабная акция против рабов. Причиной ее стали побеги и угроза восстания. Контрабандисты должны знать, где рыщут патрули и расположены посты на дорогах.
— Хорошо придумано. Завтра ночью начинается безлунный период. И поэтому Вал должен выйти в море следующей ночью. Он попросил, чтобы инспекция проверила его судно этим утром. Скажи мне, откуда ты получила такую информацию?
— У Церкви есть свои тайны и секреты. Так всегда было.
Капитан задел кровать носками туфель. Додою едва хватило времени на вздох, как вдруг ремни прогнулись еще ниже. Одновременно он прямо над собой услышал булькающий звук. Затем кровать немного отодвинулась от стены. Почти незаметно, но его укрытие определенно сдвинулось в сторону.
Голос Капитана был грустным:
— Зачем ты провоцируешь меня? Мы намеревались управлять вместе, помнишь? Миссионеры Церкви и воины Коса. Разрушай и преодолевай. Никогда не позволяй себе говорить мне о секретах. Ты согласна со мной?
Снова бульканье. Тяжелое дыхание.
По-видимому, этот шум удовлетворил Капитана. Кровать вернулась в прежнее положение. Его ноги удалялись. Кровать перестала двигаться. Додой потянулся, разминая затекшие конечности.
Вздохи не затихали еще несколько минут, затем Жнея внезапно поднялась и заговорила:
— Рабыня, о которой я говорила, была ведьмой. Она знала мастера, который собирал рабов на раскопки. Эта рабыня умела вызывать Видения. Она пыталась помочь мне — помочь нам — узнать больше. Но что-то не получилось.