И Вячко начал увлечённо рассказывать Лугу. Оказалось, что король действительно переезжал из одного замка в другой, и для того была веская причина — его старшая дочь, Райанн, выходит замуж за принца из другой, далёкой страны, которая за морем лежит, там, куда каждый вечер уходит солнце. Гостей должно собраться видимо-невидимо, да не из одного царства-государства, то король Нуад Сереброрукий счёл за благо отметить свадьбу в своём замке у моря. Королева уже давно отбыла в тот замок, чтобы всё приготовить к торжеству, а король отправился со своими дочерями едва ли не в самый последний момент — до намеченного дня оставалось чуть больше месяца. И неожиданная задержка в пути сильно не понравилась королю, хотя ехать им оставалось от силы дня три, не больше.
Далее рассказ Вячко плавно перешёл на описание королевских дочек. Юноша заворожённо описывал их, с трудом подбирая слова, чтобы передать всю их красоту. Луг его терпеливо и понимающе слушал.
— Значит красивая говоришь? — спросил он молодца, решив закончить разговор или перевести его на что-нибудь ещё. — А получается, что следующий король наш будет этот принц заморский?
— Да — подтвердил Вячко.
— Да, недобро — нахмурился Луг. — А как же так получилось-то?
— Уж так, прям будто не знаешь — юноша подмигнул. — У короля же сына нет, а раз так, то наследовать трон будет муж старшей дочери. Исстари такое правило заведено было.
— И в прошлый раз оно кривым боком вышло — недовольно хмыкнул Луг. — Правда, давно это было, и уже никто не помнит толком.
— А что тогда было-то?
— Тогда? Примерно так же, как и сейчас — тогдашний король свою дочь за жениха иноземного выдал, а как тот стал королём, начал везде порядок наводить такой, какой он у себя привык видеть. А везде же люди разные, все по-своему привыкли жить, и это хорошо, это правильно. Вот супротив новых порядков недовольство подниматься и стало. Сначала немного, а потом всё больше и больше. Закончилось, правда, достаточно мирно — король-чужестранец убоялся народа и убежал, а его место занял племянник прошлого короля. И все новые порядки отменил, вернул людям то, к чему они привыкли. За это его и полюбили все. А про чужестранца забыли вскоре, будто и не было его.
— Удивляюсь я тебе — сказал Вячко. — Откуда же ты столько знаешь? Уж сколько лет тебя знаю, а ты всё новое и новое рассказываешь.
— Хожу везде много, с разными людьми общаюсь вот и знаю — ответил Луг. — А вот мне всегда интересно было, откуда ты всё узнавать умудряешься.
Вячко улыбнулся.
— 4 ~
Юный Любомирович ушёл, и Луг вновь задумчиво уставился в окно. Дождь неустанно лил и вовсе не собирался прекращаться, даже не утихал. Стройную дробь капель о крышу и окно нарушил стук в дверь — на этот раз это был уже сам Любомир. Он зашёл попросить своего постояльца помочь расставить столы для вновь прибывших гостей. Воины короля — за исключением четырёх, стоявших на охране комнат короля и принцесс — разошлись отдыхать, и к ним что-то не особо хотелось обращаться, а самому Любомиру с сыновьями было очень тяжело, да и не поспеть к ужину.
Луг, которого доводило бестолковое сидение, с радостью согласился к великой радости хозяина дома. Вчетвером они скоро управились, расставив тяжёлые столы новым порядком — стол для короля и принцесс поставили к камину, а рядом с ним, с двух сторон — столы для ближайших и знатнейших воинов. Потом — для ратников попроще. И уж последние столы, собравшиеся около противоположной камину стене, были для слуг. Рассказывая Лугу, кто где будет сидеть, Любомир всё время смущённо погладывал на него.
— Я, наверное, за дальние столы сяду, со слугами — сказал Луг после того, как работа была завершена. Хозяин корчмы, освобождённый от необходимости говорить старому другу эту новость, довольно кивнул.
— Все мы слуги короля — продолжил странник. — Правда, редко когда бывало, что с властителями рядом сидели те, кто создавали его величие. Почти всегда с ними сидят те, кто охраняет их от творцов его величия.
Любомир быстро оглянулся — не слышал ли кто? — и с упрёком посмотрел на Луга. Тот лишь едва пожал плечами. Тем временем на расставленные столы стали приносить кушанья, и хозяин ушёл по своим делам. Луг осмотрелся вокруг, выбирая место получше, и присмотрел себе место в углу, около окна.
Ещё не все яства были на столах, как в трапезную потянулись воины. Они уже успели немного обсохнуть, отчего настроение у них заметно повысилось. Но может быть, дело всё было во вкусной трапезе, приготовленной для них. Так это было или нет, но чем больше приходило человек, тем всё теснее и теснее становилось в кухне, и тем более она наполнялась гулом.