Поэтому, только создав собственную семью, общину, укрепив ее, можно играть на равных. Не выяснять, кто главнее, а играть в игру за жизнь. Иначе бунт и крах.
Войны, бунты упорядочили правила игры и взаимоотношения на Земле. В России же понимание о семье как единой команде игроков, к сожалению, не сложилось. Россия состоит из одиночек, которые постоянно выясняют, а кто же сегодня главнее, у кого больше очков в «заначке». И только, доведя таких же одиночек из народа до хулиганства и революции своим постоянным властным беспределом одних над другими, успокаивается. Причем успокоение протекает при сведении счетов очередных победителей с очередными жертвами, по большому счету ничем друг от друга не отличающимися.
Согласен, за тот крепостной беспредел, который творили дворяне и попы, можно было их и ликвидировать, но это не твоя прерогатива. И Иван, не помнящий родства, порождение не социализма по — российски, а необходимое условие выживания в России, заложенное «соседними пришельцами», игом, самодержавием Рюриковичей и Романовых, крепостным правом и административно–дворянской системой.
Взлеты и падения во власти возможны только в стране, где нет семейной и общественной памяти. Кто и когда в России хранил память о своей семье? Очень небольшая каста избранных. Но для большинства это было просто опасно.
Сначала дворяне искали в каждом человеке следы его беглых предков и каторжан, а это почти все население российских окраин, из которых, в сущности, и состоит Россия, ну а потом, как и положено, бывшие каторжники стали искать в каждом своем сограждане следы «благородного» дворянства.
Если бы в России были семьи, смена власти была бы невозможна. Варягов на престоле никогда бы не было. Но увы, гражданские семьи в поколениях разрушаются государством, причем совершенно не важно, кто во главе государства.
Данное разрушение заложено в саму систему государственности, а для создания мафиозных семей не было объективных причин. Россия достаточно быстро избавлялась от любого внешнего гнета, а внутренний вроде как сама мафия и есть, а это не что иное, как само государство.
Разрушение семьи и самой памяти о ней выгодно игрокам за власть в России. Без памяти народ готов бежать за любым игроком, сумевшим увлечь его или «купить» очередной мечтой о светлом будущем. Поэтому муссировать проблемы порочности «стукачества» более чем выгодно, но при этом ещё выгоднее «стучать». Всегда есть крайние, причем с обоих концов, и кто стучит, и кому стучат. Заранее прописывается схема для будущего дележа при любом прикупе и раскладе. Я не раз показывал тебе эту альтернативу и намекал, кто искушает, но ты всё время спешил.
А смысл данной игры состоит в том, чтобы лишить возможности внука опереться на деда. Необходимо так опорочить деда, чтобы для его внука разрушение того, что создал его дед, было и искуплением, и покаянием. А пока поколение за поколением искупают вроде как грехи своих предков, Россия переходит из одних чужих для нее рук в другие, на самом деле оставаясь всё время в одних и тех же руках того, кто стоит близ каждой двери. Ты больше прислушивался к нему, чем ко мне. Хорошо ещё, что он не сильно ценил тебя и всё время держал тебя «впроголодь».
Ты уверовал, что отставание государственной системы России и народной ментальности с вытравленной памятью от других цивилизованных государств огромно. Ты решил, что любое цивилизованное государство такие составляющие, как здравоохранение, образование, спорт, социальная политика, возводит в ранг государственной безопасности и возлагает заботу о них в том числе и на спецслужбы. Ты мучился вопросом — по какому принципу идентифицируются спецслужбы в России? И пришёл к выводу, что, как правило, по осуществленному ими террору, и это постоянно, от «слово и дело», жандармерии, ЧК, НКВД, МВД, КГБ, ФСБ и т. д. Но причем здесь силовые структуры, которые состоят — то из самых преданных данному государству людей, и для которых ответом на любой вопрос будет: «Что поделаешь, служба»?
Главное, и наверное самое невеселое состоит в том, что под жернова альтернативы эти люди идут в первую очередь. В результате нанесенная обида накладывается на знания, умения, информацию этих людей, и автоматически начинается разработка новой альтернативы.