Приспосабливаясь к новым условиям, нижегородцы показывают путь развития для всей России: путь откупа от власти и механизма сбора «откупных», так как отчет в России по каждой истраченной бюджетной копейке не выгоден не только обществу, он не выгоден и государству. Но формирование системы откупа идет стихийно, а наш юродивый, непонятый в Москве, вез свою программу в Нижний Новгород, он чувствовал, что там это надо, но еще не знал кому. Он вез для предложения документ, в котором показывал, как сделать традиционную откупную систему национальной идеей и соединить в одно целое государство и общество, власть и народ.
Юродивый подъезжал к Нижнему Новгороду, он вместе с людским потоком безбилетников перемещался из одного вагона в другой, слушал ругань контролеров, возмущенно кричавших: «Это наша зарплата», а безбилетники кричали: «А наша–то где?», и думал, думал.
Право платить зарплату, право получать зарплату. Государственная Дума, Законодательные собрания, губернаторы и мэры, Правительство и те, кто с ними заодно — сытые люди, создавшие из себя высший и средний мещанский класс.
Наш герой устал, он чувствовал будущее кожей, он чувствовал, что средний класс опять создан на государственном бюджете, в котором если народу и есть место, то только как налогооблагаемой базе.
Два вечных измерения — одно для государства, другое — для общества. Сегодня власть возит кости Николая II из Екатеринбурга в Москву и обратно, выясняя, могут ли кости быть объединяющим Россию знаменем, но потом, поняв, что не могут, все равно прибьётся под это знамя с его 300-летней историей, «все не с ноля», но ведь это не 1000-летняя традиционная Россия.
Два вечных измерения. А он знал начало, он знал далекое прошлое, он додумался в конце концов до того, что все, что перенимается с Запада, на российскую почву не ложится, не потому, что это плохо, а потому, что нет правовой технологии заимствования, все, «слизанное» у них, не становится достоянием ни народа, ни власти, ни России.
В холодном тамбуре, под шум вагонных колес он рассуждал вслух о праве (как раз в русском стиле — рассуждения о праве жить либо в тюрьме, либо в Сибири). Он думал: «Право — элемент культуры человечества. Оно появляется тогда, когда общество достигает определенного уровня развития. Вместе с тем, право — есть порождение классового общества, классовой борьбы, раскола общества на антагонистические классы. Оно закрепляет сложившееся социальное неравенство.
Проблема возникновения права — это одновременно и проблема возникновения государства. Поскольку право и государство — есть суть «элементы культуры, о том, «откуда оно есть пошло», когда возникло, и кто у кого заимствовал те или иные правовые институты, то право — есть предмет постоянной идеологической борьбы в обществе, лишенном общегосударственной, общенародной связывающей цели, направления развития государства — будь то захват земель, обогащение за счет других народов и т. д.
У Государства, нормально развивающегося демократического государства, свои интересы, конечно, прежде всего. Но и интересы народов, проживающих в нем, важны как основа стабильности. Но Россия в этот разряд нормальных демократических государств не попадала никогда, собственные интересы населяющих её народов, просматривались всегда очень плохо. Скорее наоборот, в государстве российском положение таково, что чем хуже народу, тем лучше людям, пробившимся к власти, и тем, кто наблюдая Россию со стороны, кормит её властную элиту. А вот это уже вопросы права, вопросы правовых традиций, правовой культуры. Варяги во власти, варяги — вороги–воры–враги. Отдаленность тех или иных правовых институтов от нашего времени веками и тысячелетиями отнюдь не делает проблем, с ними связанных, менее острыми и актуальными.
Главный объект изучения для истории права — это, конечно, закон, нормативные и иные правовые акты, ушедшие в прошлое. По законодательству можно судить о самых разных сторонах общественной жизни, государственной деятельности. В Древней Руси господствующим классом была феодальная аристократия — боярство.
Все законодательство древнего российского государства — это акты княжеской власти, акты закрепления ими за собой естественных прав сильного. Творя законотворческий процесс, каждый удельный князь советовался со своими людьми (дворовыми), а не со своими соседями, удельными князьями да боярами. Поэтому каждый из них шел своим путем, и когда средь них выделился сильнейший и стал монархом, он приблизил к себе дворовых, сделав их дворянами и отдалил бояр да князей, как равных, ослабив их, закрепив за собой право единовластно чинить законы. Одворянивание России явилось второй причиной после крепостного права нашего сегодняшнего состояния, нашей страшной истории.