– Нет, – прошептала она и закрыла глаза.
– Тогда помоги мне и себе, – прошептала она ей на ухо, наклонившись.
– Но как? – не понимала Селена.
Диана отошла к окну и открыла его.
– Еще пару месяцев назад я бы послушно вышла замуж за кого укажет отец, но теперь я не могу этого сделать, – сказала она, глядя на воду.
Селена подошла к ней и встала рядом.
– Ты уверена? А если…
– Даже если никогда больше его не увижу, – ответила Диана, не задумываясь, и снова спросила: – Есть ли способ убедить моего жениха разорвать помолвку?
Селена кивнула.
– И ты до сих пор им не воспользовалась?! – спросила Диана, с восхищением глядя на нее.
– Ты же моя подруга…
Диана улыбнулась и вздохнула. Она еще раз убедилась в нерушимости их дружбы.
Рано утром раздался звон копыт, и к дому у озера подъехала карета. Генрих Бейли соскучился по своему семейству и желал видеть их как можно скорее. Прочитав послание, Мария охнула, всплеснула руками и приказала собирать вещи для переезда. Она покрикивала, подгоняя слуг и поминутно меняя свои указания. В доме поднялся переполох. Служанки сбились с ног, укладывая одежду, книги, зеркала, пудру, душистые масла, гребни и посуду. Вскоре у дверей выросла целая гора самых разных сундуков от больших, где могли бы поместиться несколько человек, если потеснится, до миниатюрных, обитых жестью и расписанных цветами. Слуги перевязывали их веревкой для прочности. Вдруг послышался звон разбитого стекла и в воздухе поплыли ароматы лаванды и жасмина. Тут же раздался женский вопль. Мария с искаженным от ярости лицом бранила неловких служанок, разбивших флакон ее любимых духов, а Роберт прыгал и махал руками, передразнивая ее.
Селена с Дианой не участвовали во всем этом хаосе. Они поняли, что другого случая может не представиться, и тихонько пробрались на кухню. Катарина с красным от волнения и печного жара лицом металась между кастрюль, шипящих сковородок и столом, уставленным овощами и фруктами. Она готовила ужин, но мысль о том, что нужно еще собрать корзину в дорогу не давала ей покоя.
– Помочь тебе? – спросила Селена, глядя на растерявшуюся кухарку.
– Да как же… Вы? – смутилась та и забыла на миг о своих заботах. – Правда?
– Конечно, правда! – усмехнулась Диана, надевая фартук – Что надо делать?
– Тогда я займусь мясом, а вы порежьте лук, морковь и капусту, – шутливо распорядилась Катарина, ободренная появлением нежданных помощниц. Ее голос стал более твердым, и она вернулась к очагу, уверенная, что теперь все успеет. В воздухе запахло жареным мясом и специями.
Селена с Дианой весело стучали ножами и перешептывались.
– Что у вас там за секреты? – спросила любопытная кухарка, вытирая жирные руки полотенцем.
– Я тут поспорила с Селеной, правда ли то, что рассказал Томас про этот дом и короля, – начала Диана и замолчала, увидев реакцию Катарины.
Ее круглое лицо побледнело и вытянулось, а глаза расширились от ужаса, словно она увидела привидение. Катарина стояла как столб, пока шипение сковороды не вывело ее из оцепенения.
– Тсс! Это большая тайна, и если не хотите неприятностей, никогда никому не говорите об этом! А Томасу я уже задам, чтобы не нес всякий бред!
Катарина отобрала ножи у подруг и строго посмотрела на них.
– Идите наверх, госпожа Мария, наверное, уже хватилась вас.
Подруги переглянулись и молча вышли из кухни.
– Наши подозрения оправдались, – сказала Диана, поднимаясь по лестнице. – А, может, оставим прошлое в прошлом?
– Ну, уж нет! Теперь я не отступлю, – не согласилась с ней Селена. В ее глазах загорелся озорной огонек, заразивший и Диану.
После ужина семейство Бейли и Диана отправились в столицу, устроившись на бархатных подушках в карете. На крыше каким-то чудом уместилась вся их поклажа. Томас и Катарина махали платками, стоя у ворот, пока карета, запряженная четверней, не скрылась за поворотом.
За окнами мелькали деревья с первыми желтыми прядями, напоминавшими о том, что лето прошло. Скрип кареты и фырканье лошадей не заглушали птичьего пения. Поля спелой пшеницы сменялись деревушками. Потянуло сладким дымком. Не успели они проехать и полпути, как Роберт проголодался. Мария достала из-под сиденья корзину, и в ход пошли куриные ножки в прозрачном желе, картошка в мундире и белый хлеб с луком. Она с нежностью смотрела, как он ест, причмокивая и облизывая пальцы. Ароматы еды наполнили карету.
– Вкусно, да, сынок? – спросила Мария, смеясь, когда он с удовольствием откусил очередной кусок, и добавила, глядя на задумчивых дев, – А вы не хотите?
Не дожидаясь ответа, Мария протянула им по ножке, и сама тут же принялась за свою. Она так добродушно улыбалась, что подруги не смогли устоять, и приняли участие в общем пире.