Варя поднялся, склонился к волчице и коснулся её холки. Шерсть была напряжённой, словно натянутая струна. Она подняла голову, тихо зарычала — низко, предупреждающе.
И тогда все услышали. Сначала — скрежет, будто кто-то царапал ногтями по камню, но звук был глухим, как из-под воды. Потом — тихие голоса, едва различимые, но с ритмом, как у людей, ведущих друг с другом неспешный разговор. Слова невозможно было понять, но от них по коже пробегал холодок.
— Они под землёй? — прошептала Сая.
— Пока да, — ответил Странник. — Но недолго.
Из тёмных проёмов домов, из узких улиц и трещин в мостовой начали вылезать тени. Сначала одна, затем две, потом десятки. Они поднимались медленно, как вода в колодце, но, оказавшись на поверхности, шли быстрее. Лица — серые, пустые, с разорванными ртами, в рваных одеждах, в которых застряли песчинки и мелкие камни. Их движения были синхронными, и в этом было что-то пугающее — как в хоре, поющем не по нотам, но в одном дыхании.
Киан сжал клинок, глядя в пустые глазницы ближайшего.
— Зомби… но не совсем. Их кто-то ведёт.
— Или что-то, — поправила Сая, вытаскивая свои короткие клинки.
Варя шагнул вперёд, копьё в руках дрогнуло, но взгляд оставался спокойным. Волчица обошла его с другой стороны, зубы обнажены, шерсть встала дыбом.
— Держим круг, — сказал Странник. — Не рвёмся вперёд. Поняли?
— Поняли, — ответили почти в унисон Нима и Бульдозер, хотя у каждого это прозвучало по-разному: у Нимы — сухо, у Бульдозера — с лёгкой бравадой.
Первая волна ударила почти бесшумно. Бульдозер встал на передовой, прикрывая Саю. Его клинок двигался широко, с силой, и каждый удар отбрасывал врагов, но они поднимались снова, словно их держали невидимые нити. Варя бил копьём точечно, ловя момент, когда тень открывается, и пробивал прямо в центр груди. Киан двигался рядом с ним — быстро, легко, его удары были короче, но всегда в нужном месте.
— Спина! — крикнула Нима, и Странник развернулся, поставив перед собой кольцо пепельного пламени. Оно поднялось мгновенно, обжёгши приближающихся, и те рассыпались в серую пыль.
Волчица бросалась на врагов с дикой яростью, и каждый её прыжок был словно выстрел из тишины — резкий, быстрый, и всегда с точным захватом. Когда она вонзала зубы в шею тени, та обмякала, как тряпичная, и растворялась в воздухе.
— Второй ряд! — крикнула Линнари, и её ладони вспыхнули светом. Яркая вспышка ослепила целую группу призраков, и они, шатаясь, замерли. Нима не упустила момент: запустила импульс по магической цепи, разряд прошёл по мостовой, как по струне, и целая группа врагов застыла, будто их пригвоздили.
— Ну что, шумный? — крикнула она Бульдозеру. — Теперь твой выход!
— Смотри и учись, тень с планшетом! — рявкнул он и снес троих одним ударом.
Киан в этот момент метнул зачарованный нож. Лезвие вошло в грудь призрака, и тот разлетелся в пепел. Киан ухмыльнулся, подхватил оружие из воздуха и тут же вонзил его в другого.
— У нас гости с крыши! — крикнула Сая.
И действительно — с крыш соседних домов спрыгивали новые тени, двигаясь быстрее прежних. Их движения были более слаженными, и в каждом повороте головы чувствовалось, что они «смотрят» не на бойцов, а куда-то за них — туда, где в темноте прятался их вожак.
Странник уловил направление и, не отвлекаясь на мелких, шагнул в сторону. Там, в полутени разрушенной арки, стояла более высокая фигура — в чёрном, с лицом, скрытым капюшоном. Её руки едва заметно двигались, словно плели невидимую сеть, соединяющую всех призраков.
— Нашёл, — тихо сказал он и, не поворачивая головы, бросил: — Держите остальных.
Варя и Киан прикрыли его фланг, волчица сместилась чуть ближе, готовая броситься, если вожак двинется. Странник шагнул в круг света костра, вытянул ладонь, и пламя будто само потянулось к нему, сворачиваясь в спираль. Он бросил её вперёд — точно в грудь фигуре в капюшоне. Та качнулась, но удержалась на ногах, а тени вокруг неё зашевелились быстрее.
— Не так просто, — выдохнул Киан.
Вторая волна врагов подошла плотнее. Линнари держала их светом, Нима работала с цепью, Бульдозер и Сая отбивались плечом к плечу. Киан прикрывал Варю, а тот — Странника, который готовил второй удар.
И тут волчица завыла. Звук был не просто громким — он прошёл через всех, как дрожь. Призраки замерли на миг, а затем начали пятиться. Фигура в капюшоне вскинула голову, и на секунду в тени капюшона сверкнули глаза — не мёртвые, но и не живые.
— Ещё раз, — сказал Странник волчице.
Она выла второй раз — и этот вой был уже другим: в нём было больше света, чем злости. Призраки начали таять, растворяясь, как дым на ветру. Фигура в капюшоне сделала шаг назад — и исчезла, как будто её стёрли.