— Я уже просчитал это, приблизительно, конечно, — вмешался в разговор Профессор. — Принимая за основу, что у них идентичная масса, они будут вращаться вокруг точки, лежащей между ними. Таким образом, месяц будет длиться около девятнадцати дней.
— Я думаю — значительно короче, — возразил Пол. — Ведь невооруженным глазом видно, что Странник двигается по небу очень быстро.
Он показал на странную планету, сейчас заливающую собравшихся людей пурпурным и апельсиновым светом. Странник двигался в сторону океана, а желтая Луна начала заслонять его нижний край.
Брехт рассмеялся.
— Это Земля вращается; благодаря этому у нас есть восход Солнца, — сказал он, а когда Пол скривился, злясь на себя за такую оплошность, тут же добавил:
— Понятная ошибка, Пол. Мой разум, унаследованный так же, как и копчик, от пещерных предков, все время совершает такую же ошибку! Росс, посмотри, как далеко отступило море! Я боюсь, что прилив начнется раньше, чем мы ожидаем.
Пытаясь не потерять нить беседы, Пол одновременно старался вообразить себе приливы в восемьдесят раз больше обычных, а за этим — такие же ужасные отливы, и так каждые шесть часов…
— Кроме того, — продолжал Брехт, — через каких-то десять дней мы выйдем на девятнадцатидневную орбиту, и тогда земное ускорение будет равняться одному и трем десятым миллиметра в секунду за секунду. Кумулятивное ускорение Луны, также по отношению к Страннику, теперь составляет метр двадцать в секунду.
Холодный ветер с суши так прохватил Пола, что он поднял воротник спортивной куртки, которую вернула ему Марго, когда Кларенс Додд дал ей одну из привезенных кожаных курток. Девушка все равно мерзла и, прижимая к себе под курткой теплую кошку, внимательно рассматривала обнажившееся дно океана.
— Посмотри, как блестит мокрая галька, — обратилась она к Полу. — Простые камешки выглядят так, словно кто-то рассыпал целый вагон аметистов и топазов.
— Тихо! — зашипела Ванда. — Он принимает послание из космоса.
Рядом с ней сидел Дылда и опершись подбородком на кулак в позе, напоминающей роденовского мыслителя, как загипнотизированный, всматривался в Странника.
— Император говорит: Земле не будет ничего плохого, — словно в трансе произнес Дылда. — Ее воды успокоятся, океаны отступят от берегов…
— Всепланетный король Канут, — шепнул Брехт.
— Твой Император должен был сориентироваться раньше, — перебила Дылду миссис Хиксон, — и предотвратить землетрясения.
Мистер Хиксон обнял ее и шепнул что-то на ухо. Женщина пожала плечами, но все же удержалась от дальнейших комментариев.
Рама Джоан открыла глаза.
— Ну, как, Рудольф, на кого ты теперь ставишь? — поинтересовалась она. — На ангелов, на чертей?
— Я подожду, пока кто-нибудь из них не подлетит достаточно близко, чтобы увидеть, какие у него крылья — белые или черные, — усмехнулся тот, но тут же понял, что эти слова в нынешней ситуации вовсе не смешны, и быстро перевел взгляд на Странника. Потом он потянулся, встал, расправил плечи и осмотрел террасу.
— Вот это да! Пока я спал, вы загрузили фургон! — прокомментировал он увиденное. — Это очень мило с вашей стороны. Вы даже не забыли о термосах с водой. Это, наверное, твоя заслуга, Додд. — Потом он шепотом спросил Хантера. — Как там Рей?
— Даже не проснулся, когда мы перенесли его на кровати в фургон. Мы укрыли его двумя одеялами.
Вверху внезапно раздался какой-то гул. Все замерли. Некоторые подозрительно взглянули на Странника, словно ожидали, что звук исходит именно оттуда. Затем Макхит возбужденно закричал:
— Это вертолет из Ванденберга!..
Издали гудящий предмет напоминал летающее коромысло, но это был действительно патрульный вертолет, который снизился над морем, развернулся и полетел вдоль пляжа максимум в пятнадцати метрах над землей. Затем он свернул по направлению к ним и завис над террасой. Гул перешел в рев. Воздушный вихрь, вызванный вращающимися лопастями, развеял во все стороны ненужные уже программки симпозиума.
— Он что, ненормальный? Собирается сесть прямо на нас! — разозлился Брехт, который, как и все, присел и смотрел наверх.
Сквозь рев они услышали зычный голос:
— Уходите! Уходите отсюда!
— А, черт! Они что, с ума сошли? — закричал Брехт, заглушая то, что говорил голос из вертолета. — Мало того, что они захлопнули дверь перед самым нашим носом, так теперь вообще гонят отсюда! По какому праву?
Стоящий рядом с ним Коротышка поднял кулак и грозно потряс им в воздухе.
— Сами убирайтесь отсюда! — крикнул он.
И, словно услышав его приказ, вертолет медленно повернул, набрал высоту и полетел вдоль берега дальше.
— Послушайте, Брехт, а может, они хотели предостеречь нас от какой-то беды, например, от прилива? — высказал предположение Войтович.
— Но ведь он наступит только через шесть часов! — Брехт неожиданно осознал, что шум не затих с отлетом вертолета. Он увидел, как сквозь щели в террасе в нескольких местах начала проступать вода.
Песок вокруг домика покрывала белая пена бурлящей воды. Вода подошла к террасе, когда глаза всех были обращены к вертолету, а рев машины заглушал шум подступающих волн.
— Но… — возмущенно начал Брехт.
— Это не прилив, а цунами! — закричал Хантер. — Из-за подводного землетрясения!