— Бога ради, Рудольф, что там творится? — спросил он.
— Вот именно, — вмешался Войтович. — Скажи, что ты видишь. А то можно подумать, что они воюют.
— Ты прав, — коротко ответил Брехт.
— Теперь слушайте, — сказал он громко, продолжая смотреть в бинокль, — потому что я не буду повторять еще раз, у нас нет времени, чтобы передавать друг другу бинокль. Идет война, или по крайней мере, большая стычка между группой молодежи и группой старших, или скорее, между молодыми и полицией, которой помогает несколько старших. Остальные, пожалуй, нейтральны, во всяком случае, они не вмешиваются. Подростки против полиции, охраняющей семьи. Пожалуй, настал день молодых. Эти вихляющиеся — как раз молодежь, подростки. Они пьют, очевидно разграбили грузовик со спиртным, вот сейчас вытаскивают ящики с бутылками. На открытом пространстве играет джаз. Кое-где дерутся — ножами и кулаками. Банда с молотками, без какого-либо повода, бьет стекла и поджигает капоты автомобилей.
Брехт сознательно не упоминал об обнаженных парах, предающихся любви в автомобилях — наверняка из-за тени, а не потому что они стыдились того, что совершали. О двух девушках, голышом танцующих рядом с джазовым оркестром, о бессмысленном избиении и об актах насилия, а также о группе из нескольких человек, которые стояли вдали от музыкантов и из радиаторов автомобилей жадно пили воду… Брехт надеялся, что она будет для них безвредна…
— Но в своей агрессивности они не останавливаются только на этом, — продолжал он. — Теперь они крадутся между пустыми автомобилями в сторону полицейских. У некоторых есть оружие, у остальных — бутылки. Но, кажется, полиция расставила им ловушки. Во в яком случае, двое полицейских спрятались за автомобилями посреди пробки. Однако, прежде чем начнется битва, мы уже будем на обратном пути в Мулхолланд, — заявил он, подавая бинокль Раме Джоан и посматривая на собравшихся. — Додд! Гарри! Скажите дед и Хиксону, чтобы они развернули автобус и фургончик. Дорога здесь широкая…
— Мы струсили и поэтому сматываемся? — зычным голосом спросил Хиксон. Он стоял рядом с Коротышкой, держа в руке карабин. — Мы бежим, когда порядочным людям грозит опасность? Когда при помощи пистолета с летающей тарелки мы могли бы помочь им? Я сам был когда-то полицейским! Мы должны им помочь!
— Нет! — крикнул Брехт. — Мы должны заботиться о себе и доставить пистолет людям науки, пока он еще заряжен. Марго, сколько осталось там заряда?
— Примерно одна треть, — ответила девушка, проверяя длину фиолетовой линии.
— Вот видишь! — обратился Брехт к Хиксону. — Заряда осталось на четыре, максимум на пять выстрелов. А на автостраде десятки тысяч этих безумцев. Если мы вмешаемся, то из маленькой стычки возникнет большая битва. Я признаю: то, что там происходит — ужасно, но то же самое происходит сейчас во всем мире, и мы с этим ничего не можем сделать. Одно ведро воды не спасет пылающий город! Возвращаемся! Хиксон, разверни фургончик…
— Минутку! — на этот раз его прервала Марго. Она подошла ближе и стала перед «корветом».
— Там, внизу, Ванденберг-Три, — сказала она, показывая пистолетом на три маленьких здания. — Может быть Мортон Опперли еще там. Мы должны это проверить!
— Его наверняка там нет! — рявкнул Брехт. — Я в этом уверен. Я могу поспорить, что командование прислало за ним вертолет, может быть тот, что мы видели утром. Возвращаемся!
— Внутри здания я видела движущиеся фигуры, — соврала Марго. — Ты сам говорил, что нужно доставить Опперли пистолет. Мы должны проверить, там ли он!
Брехт отрицательно покачал головой.
— Нет! Риск слишком велик и нас нет никакой уверенности, там ли он вообще.
Марго улыбнулась.
— Но ведь это у меня пистолет, — сказала она, прижимая оружие к груди. — И я его доставлю туда, даже если мне придется идти пешком.
— Браво! — поддержал ее Хиксон.
— Послушай меня, героиня, — начал Брехт. — Если ты отправишься с этим пистолетом, все равно — пешком или в автомобиле, и какой-то ненормальный снайпер застрелит тебя или на тебя нападут бандиты, то не Опперли получит оружие, а они. Но у меня есть идея. Отправляйся туда, но только без пистолета, на всякий случай я могу дать тебе свой револьвер. И приведи сюда Опперли, если надо проверить, там ли он. Вот тогда можно будет продолжать разговор. Ну?
Марго посмотрела на Хантера.
— Отвезешь меня? — спросила она.
Хантер кивнул и отправился к автомобилю. Марго подошла к Брехту, протянув свой пистолет.
— Меняемся! — сказала она.
Они обменялись оружием. Хантер запустил двигатель и подъехал к ним.
— Я еду с вами, — предложил свою помощь Хиксон.
— Ты согласна? — спросил Брехт. Марго кивнула.
— Помните, что вы едете только за тем, чтобы отыскать Опперли! — сказал Брехт Хиксону.
— Хорошо, хотя я даже не знаю, кто он такой, — буркнул Хиксон.
— Все в порядке. Остальные остаются на местах. Добровольцев достаточно! — крикнул Брехт, видя, что Макхит тоже хочет ехать. — Дай мне карабин и лезь сюда, — он указал на более низкий каменный столб у шоссе. — И смотри, чтобы нас не окружили… даже полицейские!