Мужчина хмуро усмехнулся, вспомнив свой недавний визит с Семёном и его женой Ольгой в интернат, откуда его приятели забирали свою дочку. И хотя на занятия они, естественно, не попали, его всё равно тогда очень удивила эта школа.
Бумажных книг у учеников практически не было. А те учебники из тонкого пластика, которые ещё сохранились, были очень небольшими, с коротенькими и очень простыми текстами и массой ярких иллюстраций. Зато у каждого школьника имелось что-то вроде планшета, на котором находился весь учебный материал и задания. С него можно было проецировать виртуальный экран, выводя туда информацию. Ученики ничего не записывали, поскольку умению писать ручкой давно не обучали. Это стало просто не нужным. Ведь все данные уже давно использовались и хранились либо в электронном, либо в напечатанном виде. Подростки работали в сенсорно-кнопочном режиме или с помощью клавиатуры. Детей больше не учили производить математические расчёты на бумаге или в уме. Подобное также стало бессмысленным. Любой человек моментально это делал на своём визифоне.
Андрей про себя отметил, что такая практика отупляет и не тренирует мозги. Однако ничего с этим не поделаешь. Люди всегда предпочитают идти по самому простому, экономному и лёгкому пути. Такова человеческая природа. Утруждать и заставлять себя, когда нет явной необходимости, мало кто способен.
В классе вместо доски был огромный сенсорный экран. При необходимости прямо в воздухе создавалась виртуальная многомерная голограмма любых предметов, карт или изображений. На нём демонстрировались учебные видеоролики. С помощью электронной указки учитель проводил объяснения. И вообще, как понял Андрей, почти все задания и учебный материал были в виде аудио- и видеофайлов. Это являлось очень наглядным и продуктивным методом. А у школьников таким образом выходило гораздо легче и удобнее усваивать и воспринимать знания. Визуальное воздействие здесь соединялось со слуховым, к которым добавлялись объяснения педагога. Это способствовало эффективному, быстрому и более лёгкому обучению. К тому же ученики и учитель были подключены к глобальной базе данных и могли оперативно получить дополнительную информацию по любому вопросу.
Несмотря на высокие возможности и эффективность такого обучения, школа оставила у гостя неприятный осадок. Про себя он подумал, что при таком типе подачи материала и отсутствии у ребят привычки к чтению школьники, конечно, таким образом получают определённые навыки и довольно качественные знания, но умению анализировать и критически мыслить — вряд ли научатся. Да и память, воображение, логика, умение прослеживать причинно-следственные связи, как и абстрактное мышление, при таком способе развиваются слабо.
«Хотя… Современной экономике и здешнему обществу много мыслящих людей и не требуется. Нужны качественные узкие специалисты-исполнители и массовые покупатели. И вообще — умные люди плохие потребители и потенциальные дестабилизаторы. Впрочем, никто тут специально людей не оглупляет. Просто современная жизнь, видимо, диктует свои правила и создаёт определённую среду», — промелькнули в его голове саркастические мысли.
Андрей уже был осведомлён, что существуют и другие, более «умные» школы. Некоторые родители (в основном из интелей) определяют своих чад именно туда. Но массовое большинство граждан либо не хотят, либо не могут отдавать своих отпрысков в такие заведения. К тому же и сами современные дети, не любящие читать и с младенчества сформировавшиеся в «компьютерно-телевизионном окружении», в таких школах чувствуют себя очень дискомфортно и не желают там учиться.
Традиционных университетов осталось мало. Это были также элитные заведения. А вот различных институтов и колледжей, предлагающих узкоспециализированное обучение, хватало. Система подачи знаний в них также в основном была в аудио- и видеоформате. Плюс к тому велись и практические занятия. Впрочем, обучения в аудиториях в них осталось немного. В большинстве случаев превалировали дистанционные формы...
Андрей мрачно вспомнил предсказания фантастов и футурологов прошлого, рисовавших печальные антиутопии будущего, в котором для лучшего контроля над массами власти специально издавали законы, запрещавшие книги. Чтобы максимально «упростить» население и полностью подсадить народ на телевидение — для упрочнения своего господства, более полного влияния и стабильности правления. Да и для общества, мол, такое будет благом. Поскольку, чем проще будут люди, тем они станут счастливее и спокойнее жить. Лишённые моральных сомнений и интеллектуальных метаний.