Андрей оглядел подошедших к нему туристов и сдержанно ответил:
– Попробуем увеличить шансы на спасение.
Он кивнул обоим мужчинам и, махнув им рукой, позвал за собой, метнувшись сквозь дым к своему кораблю. Через несколько минут они, кашляя, вернулись, неся какие-то пластиковые мешки.
– Это плавательные жилеты, надувные плоты и кислородные маски. Тут восемь комплектов. На всех вас хватит. Я же попытаюсь обойтись без вспомогательных средств, – коротко сказал парень. – Одевайтесь. Нельзя терять ни минуты. Немедленно выдвигаемся. Плотики надуем на берегу.
Люди лихорадочно стали облачаться в выданную амуницию…
…– Так значит, у чужака вышло спасти потерпевших бедствие? Все выжили? – ошеломленно воскликнула Ксана, смотря вместе с Дашей последние новости. Близкая подруга пришла поддержать её, потому что женщина вся извелась от переживаний. Она уже похоронила Андрея.
– Получается, да, – потрясенно ответила гостья. – Поток вынес их из опасной зоны. Правда, насколько я поняла, сам пилот находится на грани смерти. Сильно наглотался дыма и воды. Он сейчас в больнице, и врачи борются за его жизнь.
Девушка в удивлении посмотрела на приятельницу, которая с решительным видом начала одеваться.
– Ты куда собралась на ночь глядя? – недоуменно поинтересовалась она.
– К Андрею в госпиталь, – отрывисто бросила Ксана. И, не обращая внимания на ошарашенный взгляд товарки, стремительно направилась к своему флаеру…
– Что, пришли сообщить дату суда? – угрюмо спросил Андрей, увидев приехавшую к нему через десять дней в клинику Веру Петровну. – Меня тут многие навещают, но именно от вас ничего хорошего ожидать не приходится.
– Победителей не судят, – хмуро сказала визитерша. – Хотя формально ты, конечно, совершил преступление. Но такой суд может иметь нежелательный общественный резонанс. Поэтому ничего подобного не будет. Наоборот, тебя повысили в звании и должности, увеличили социальный рейтинг, дали престижную государственную награду, выписали огромную премию, плюс колоссальная популярность в сети… Однако не обольщайся…
– Понимаю, – криво ухмыльнулся лежащий на больничной койке мужчина. – Это крайне невыгодный прецедент. И его публичное освещение может привести к очень неприятным последствиям.
Он сокрушенно покачал головой и тихо проговорил:
– Вы хоть сознаете, куда все катится? К чему пришли? Неужели ничего не замечаете? Вы же попали в болото! А вернее – на кладбище. Привыкли во всем полагаться на своего опекуна ИИ. Переложили основные обязанности и главные решения на Искусственный Интеллект. Это оказалось очень удобно, комфортно и надежно. Меньше ошибок и ответственности. Легче и приятней жить! А ведь люди от этого не только тупеют и превращаются в инфантильных существ. Вы же из ИИ, по сути, сделали себе родителя и фактически Бога. Который все контролирует и предопределяет. Самый умный и знающий Интель Земли. Да?! Доказавший свою неподкупность и разумность. Решающий проблемы. Владеющий всей информацией, накопленной человечеством, и умеющий ей благоразумно распоряжаться.
Мужчина грустно двинул плечами и печально продолжил:
– А ведь настоящий Бог недаром наделил людей свободой воли. Правом делать ошибки и даже совершать преступления. Потому что, не научившись болезненно падать, ребенок никогда не научится ходить. К тому же любые конфликты и неизбежные противоречия служат залогом развития и усвоения опыта. Ваш же ИИ, как и любая властвующая организация или правитель, жаждет все контролировать, гасить ростки малейших противостояний, избегать разногласий. Подавлять любые неожиданности. То есть он постоянно стремится к равновесию и стабильности. А в итоге выходит натуральный некрополь. Ведь полный покой может быть только там. Такая политика все консервирует и ведет к застою, а потом и деградации. Более того, подобная система и люди не смогут отвечать на неизбежные вызовы жизни, которые непременно возникнут. Ибо сколько не ограждай и не пресекай – рано или поздно что-то, откуда-то все равно вылезет. А человечество и этот ваш ИИ не смогут ответить. Ибо непривычны и не в состоянии.