Элена вскрикнула и невольно прижалась к Ярси. Тот обнял её одной рукой, пальцы второй сжал на рукояти меча.
— У, нечисть, — Ристон нервно взмахнул рукой над костром.
Пламя всколыхнулось, зашипело и вдруг столбом взвилось высоко в воздух, бросив на сидящих вокруг людей кроваво-чёрные отблески. Элена вновь вскрикнула. От костра дохнуло не жаром, а ледяным холодом могилы.
Мэтжер быстро протянул руку, дотронулся пальцами до языков огня. Послышался треск, огненный столб мгновенно рассыпался искрами. Костёр вновь стал обычным, словно ничего не происходило, только трава вокруг него покрылась белым инеем.
Ристон уставился на Мэтжера угрюмым взглядом.
— Ты колдун?
— Нет, — в голосе Мэтжера слышалась сдерживаемая ярость. — Но видимо в чём-то разбираюсь лучше, чем так называемые колдуны. Магией Огня не пользуются, когда рядом находятся люди, она не контролируема. Её легко вызвать, но почти невозможно остановить. Ты мог нас сжечь!
Ристон сжал зубы.
— В былые времена у меня было достаточно силы, чтобы с ней справиться. Но как вижу, тебе она даётся легко.
— Слишком примитивна, — зло усмехнулся Мэтжер. — Колдовство здесь не нужно, всего лишь простейший волновой удар энергии на уровне природных начал. Эти знания идут из древности. Не зря же особо знающих ведунов считали всемогущими, а они просто использовали силу природы, умели обращаться с энергией Истоков.
— Что-что? — глаза Ристона загорелись зловещими огнями. — Энергия Истоков? Это самая сильная и трудно дающаяся магия. Мало кто из колдунов может похвастаться, что владеет ей в совершенстве. Но ты ведь говоришь не об обычных колдунах, ты говоришь о Первых. Ведуны? — лицо Ристона передёрнулось. — О да, они действительно слишком свободно пользовались силами природы, вот так же как ты — единственное движение руки и никаких усилий. И что из этого вышло? Они решили, что являются хозяевами нашего мира!
— Кстати, что у тебя за перстень на пальце? — старик кивнул на сверкающий в свете костра белый камень в тонкой золотой оправе на руке Мэтжера. — Где-то я уже видел подобные камни, только очень давно, и символы тоже, похожие, но другие, — Ристон сделал вид, что задумался. — Ах да, у твоего перстня та же аура, что была у перстней Первых. Когда они погибали, белые камни на их пальцах загорались сверкающим светом и исчезали вместе с телами их хозяев. Нам даже не пришлось никого хоронить. Так где ты его взял, парень?
— Это перстень моего отца, — безразлично ответил Мэтжер.
— Твоего отца? — с яростью прохрипел Ристон. — Ты потомок Первых?
Мэтжер совершенно спокойно выдержал его взгляд.
— Потомок? Разве у них были дети? Им было не до этого, колдун, и ты это знаешь. Никто из них не обзовёлся детьми.
Ристон поморщился.
— Это не известно. А в твоих словах слишком много уверенности для обычного человека, — он зло усмехнулся. — Ведь намного чаще говорят, что их потомки стали тварями Рееты. Нечисть, нелюди. В них нет ничего человеческого.
Он вдруг сорвал с шеи медальон и протянул его Мэтжеру.
— Прикоснись к нему, — потребовал Ристон.
Мэтжер чуть помедлил. Языки костра неровными всполохами играли на серебреной крышке медальона, отражались в его зеркальных, льдисто-холодных гранях, заставляя металл гореть искрящимся светом.
— Прикоснись к нему, — с нажимом повторил старик.
Мэтжер не просто прикоснулся, он взял медальон с ладони Ристона, повертел в пальцах, рассматривая с обеих сторон, потом открыл.
— Твоя жена? Красивая, — сорвалось с его губ.
Ристон с рычанием выхватил у него медальон и снова надел на шею.
— Что ж, это доказывает лишь то, что ты не нежить. Но не больше, — заявил он и бросил злобный взгляд на Ярси. Отчего тот невольно поёжился, надеясь, что и его не подвергнут такому же тесту. В отличии от Мэтжера, он бы его не прошёл. Но Ристон уже отвернулся, посмотрел куда-то в сторону леса, тяжело вздохнул.
— Вот, что значит путешествовать с незнакомцами, было время, когда нам не требовались попутчики для охраны, тогда я мог сам защищаться и защищать других. Ты помнишь, Элена?
— Это было давно, Ристон, — проговорила девушка. — И я была совсем маленькой.
Ярси вдруг осознал, что она так и сидит в его объятьях, прижавшись к нему всем телом. К тому же Элена откинула ему на плечё голову, устроившись поудобней. Рядом с его щекой оказались золотистые локоны её волос. Ему невыносимо захотелось зарыться в них лицом, ещё ближе вдохнуть терпкий цветочный аромат, прикоснуться губами.
У него закружилась голова, эту девчонку он когда-то ненавидел, но она с детства была его судьбой, сначала по решению родителей, сейчас…. А что сейчас? Настоящего уже не существует. И будущего не существует.
Он слышал, как быстро бьётся её сердце, чувствовал её горячее тело под своими руками, и каждый удар её пульса звенящим гулом отдавался у него в ушах.
Она живая, а ты нет…
— Может быть расскажешь где ты был всё это время? — тихо попросила девушка.
— Нет.
— Нет?! — Элена сильно ударила его кулачком по ноге, полностью разрушая идиллию.
— Что за секреты? Я хочу всё про тебя знать!
— Элена! — Вдруг воскликнул старик и сжал посох обоими руками. — Что ты себе позволяешь?
Девушка вздрогнула и отодвинулась от Ярси чуть в сторону, но не далеко.
— Но он мой жених!
— А это ему ещё придётся доказать! Будущему королю не пристало бегать и прятаться! У короля должны быть сила и мужество, чтобы встретить любые опасности лицом к лицу!
— О чём это он? — поинтересовался Вик.
— Не о чём, — Ярси поёрзал, под обжигающим взглядом Ристона.
— Не о чём?! — вскипел старик. — Да как ты смеешь так говорить, щенок! Ты слабак, чтобы принять такое бремя, мне жаль, что твои братья погибли.
Ярси скрипнул зубами. Мэтжера положил ему на плечо руку, с силой до боли сжал, но Ярси почти не почувствовал этого. Его боль была совсем другой.
— Я в чём-то виноват? — спросил он тихо.
— Ты сбежал! Ты стал единственным наследником и сбежал! Ты знаешь, что твой отец чуть с ума не сошёл? Да он до сих пор тебя ищет!
— Ты ничего не знаешь о моей семье, — прошипел Ярси. — Моему отцу никто не нужен. Он всегда был один. И как наследник я ему не нужен, он лишил меня титула, у Мироса есть другой наследник.
— Но Бортан не перестал тебя искать, ты не должен был бросать его в такое трудное время!
— Ристон! — воскликнула Элена. — Он был тогда всего лишь ребёнком!
Старик словно выдохся.
— Прости, Ярослав. Элена права.
Ярси ничего не ответил. Прошлое. Всполохи воспоминаний. Его боль так и осталась только его болью. Больше ничьей.
Глава 1.6
— У нас гости! — вдруг очень спокойно сообщил Мэтжер.
— Что?
Все начали подниматься, оглядываться по сторонам, но Мэтжер смотрел лишь в одну сторону — на дорогу, ведущую к Катрису.
Ярси мгновенно потянулся в том направлении, почти не осозно пытаясь прочитать информацию с растояния. И лишь потом пришло удивление собственными действиями — после того как его сознание наткнулось на ледяную стену небытия, словно там не было никого живого, и только чуждые всполохи мрака катились по дороге в их сторону. Всё ближе и ближе. Ближе.
Из ночной темноты вынырнул отряд всадников. Они увидели безжизненные, белые как снег лица, кривящиеся синие губы, из под которых острыми иглами выставлялись клыки. И глаза, мёртвые глаза, смотрящие бездушной чернотой мрака.
На их маленькую группы словно набросили холодное покрывало, которое сдавило их безнадёжной тоской.
— Дэлонхи, — обречённо выдохнул Ристон.
— Кто они? — с дрожью в голосе спросил Вик и поёжился.
— Воины ночи, тинаские призраки, — проговорил старик. — Когда-то, много веков назад один из королей Тинасы заключил с ними Договор — они не трогают жителей королевства и за это каждый год получают жертвы. Живые жертвы. Они обитают в пещерах под дворцом, и король может обратиться к ним с просьбой. Только плата будет страшной…. Не думал я, что их разбудят ради нас.